108. Правда, в одной из своих первых книг, посвященных покушению на Ленина, Бонч-Бруевич не забывает указать на смерть Величкиной: "Схватил из домашней библиотечки Веры Михайловны иод, бинты и какое-то возбуждающее", -пишет Бонч-Бруевич. И делает сноску: "В. М. Бонч-Бруевич (Величкина) -- член коллегии наркомздрава, врач, умершая 30 сентября 1918 г." (Бонч-Бруевич. Покушение на Ленина, с. 7). Но зато в этой книжке он забывает указать, что умерла еще и его жена.
109. К сожалению, не ясно, кто были эти женщины. 1 октября 1918 года "Известия" сообщили, что В. М. Величкина "умерла в 2 часа 15 минут ночи, в ночь на 30 сентября" на глазах у двух медицинских работников, дежуривших у ее постели: врача Анны Георгиевны Позерн и медсестры Полетаевой.
110. ГА РФ, ф. 1005. Стенограмма 31 дня судебного процесса. -- Цит. по кн. Источник, 1993, No 2, с. 72.
111. А. Р. Гоц (1882--?) в партии эсеров с 1902 г. Учился в Берлинском университете философии, с 1907 г. -- на российской каторге. После февраля 1917 г. -- лидер фракции эсеров Петроградского совета, член Президиума 1-го Всероссийского съезда Советов, осудил захват власти большевиками, председатель Комитета спасения родины и революции, депутат Учредительного собрания. Весной 1918 г. вошел в военный штаб "Союза возрождения" в Петрограде. В 1920 г. арестован, в 1922 г. на суде приговорен к расстрелу, замененному ссылкой в 1925 г в Ульяновск, в 1931 г. в Семипалатинск, с 1935 г. в концлагере, в 1937 г. доставлен в Алма-Ату для допросов. В мае 1937 г в Алма-Ате был обвинен в том, что вместе с М. И. Либер-Гольдманом и С. О. Ежовым-Цедербаумом пытался в 1935 г. "создать единую социалистическую антисоветскую партию". По всей вероятности, тогда же, в 1937 г. расстрелян. По другой версии умер в Красноярском лагере 4 августа 1940 г. (Минувшее. М., 1992, т. 7, с. 201--202).
112. Орлов. Источник, 1993, No 2, с. 72.
113. Фанни Каплан. Или кто стрелял в Ленина?, с. 19.
114. Г. Семенов (Васильев). Военная и боевая работа партии социалистов-революционеров за 1917-1918 г.г. Берлин 1922. Цена 12 марок. 44 стр.
115. Он же, Государственное издательство, Москва, 1922.
116. Этот документ получил название "Доклад Л. В. Коноплевой в ЦК РКП(б)". Понятно, что арестованный эсер-боевик не мог делать "доклад" ЦК РКП(б). Арестант мог давать показания в ВЧК. Доклад в ЦК мог делать только свой. Правда, показания в ВЧК Коноплева тоже давала, но это уже для процесса.
117. См. Костин. Суд над террором, с. 10.
118. См. там же, с. 11-12.
119. Там же, с. 11-12.
120. Галина Серебрякова. Моей дочери Зоре о ее отце. Публ. З. Л. Серебряковой. -- ж-л. Родина, 1989, No 6, с. 31.
121. Там же, с. 31.
122. Там же.
123. Там же, с. 32.
124. Там же, с. 33.
125. Тополянский. Кто стрелял в Ленина?
126. Там же.
127. Две пули для Ленина и обе разные.
128. Литвин. В Ленина "стрелял" Дзержинский? Обращает на себя внимание отсутствие статей в "Известиях" и "Правде", посвященных годовщинам покушения на Ленина в августе 1919, 1920 и последующих лет. Единственная найденная нами на эту тему статья, написанная Илларионом Вардиным -- "Три отклика на выстрелы в т. Ленина", опубликованная в "Правде" 31 августа 1919 года, может читаться разве что как издевательство. Пересказывая чужие мнения, меньшевистское и эсеровское, Вардин пишет:
"Поднявший меч, от меча и погибнет. [...] Эта житейская шутка, находившая себе подтверждение на всем долгом пути человеческой истории, и поныне царствует над жизнью. Светлый разумом итальянский мудрец Леонардо Да-Винчи неотступно помнил ее, все явления жизни оценивал по закону: угол падения равен углу отражения. И то, что сообщила в субботу лаконичная радиотелеграмма Свердлова -- Ленин ранен, положение его безнадежно -- это новое подтверждение старой истины. Тот, кто мыслил укрепить в жизни свои идеи, свои желания, свои идеалы насилием и кровью, штыком, пушкой, пулеметом -- неизбежно должен был погибнуть от насилия и погиб" (Вардин ссылается на ежедневную казанскую газету меньшевиков "Рабочее дело" от 3 сентября 1918 г., передавицу, без подписи). ,,Кто эти двое, стрелявшие в главу "рабоче-крестьянской" власти, мы не знаем, но потому, что акт произошел после рабочего собрания, можно предположить, что и Ленин и Володарский, покаран рабочими. Во всяком случае это "дело демократических кругов"'' (Вардин ссылается на статью "Не месть, а наказание", опубликованную в самарской газете эсеров "Земля и воля" за подписью "К...", без указания даты).
129. Правда, 15 декабря 1923, No 285; 16 декабря 1923, No 286; Правда, 3 января 1924, No 2; Бюллетень оппозиции, апрель 1938, No 65, с. 13-14.
130. Материалы февральско-мартовского пленума ЦК ВКП(б) 1937 г. -Вопросы истории. 1992. No 2--3, с. 27--28.
131. Большая советская энциклопедия, гл. ред. О. Ю. Шмидт, т. 36. ОГИЗ, 1938, статья "Ленин и ленинизм", с. 374.
132. Правда, 3, 9, 12 марта 1938 г. G. Katkov. The Trial of Bukharin. New York, 1969, pp. 172 -- 180.
133. Источник, 1993, No 2, с. 86-87
134. Там же, с. 87.
Заговор пятый:
Был ли замешан К. Радек
в убийстве К. Либкнехта и Р. Люксембург?
Об убийстве виднейших германских революционеров Карла Либкнехта и Розы Люксембург 15 января 1919 года написаны десятки книг и проведены формальные расследования германским правительством. Казалось бы, по крайней мере в этом вопросе наведена полная ясность. Но поставим это событие в контекст германо-большевистских отношений первых революционных месяцев, и мы увидим совсем иную картину.
Устранение лидеров германской компартии было выгодно Ленину. Ленинский Брестский мир, как бы к нему ни относиться с точки зрения интересов советской России, был, безусловно, ударом в спину Либкнехту и германской революции. Заключение перемирия с кайзеровским правительством на Восточном фронте в марте 1918 года уменьшало шансы на успех коммунистического восстания в Германии, сколько бы этих шансов ни было. Понятно, что Люксембург и Либкнехт стояли за поражение своего правительства в мировой войне, точно также, как за поражение своего правительства стоял Ленин. По крайне мере с 1915 года Люксембург считала, что рабочий класс других европейских стран не имеет сил начать революцию, и поэтому поражение Германии увеличивает шансы для революционного взрыва во всей Европе. Победа немецкого империализма с его огромными аппетитами и реакционным режимом, указывала Люксембург, наоборот далеко отбросила бы назад человечество и привела бы к деморализации международного рабочего движения. "Любая военная победа" германской армии, писала Люксембург, "означает новый политический и социальный триумф реакции внутри государства".