Помнится, вскоре после ареста Абакумова и прихода в МГБ Игнатьева по заданию Маленкова началась ревизия «ленинградского дела», «дела работников Госплана»… Прямая схватка Маленкова с Берия стала неизбежной.
Как работник идеологического фронта, в 1950 году Маленков предлагает А. Т. Твардовскому возглавить журнал «Новый мир», то есть начинает чувствовать себя чуть ли не полновластным хозяином. В начале 1950 года на экраны кинотеатров вышел кинофильм «Сталинградская битва», в котором с особыми полномочиями прибывший на фронт Маленков выступает перед солдатами и рассказывает им о Сталине.
А долгожданный XIX съезд партии. Подготовкой его занималась специальная комиссия ЦК, возглавляемая Маленковым. Авторханов утверждает, что перед XIX съездом партия и ее аппарат находились фактически в руках Маленкова. После этого для всех стало ясно — либо Сталин бесконечно доверяет преемнику и готовит в его лице себе замену, либо и для Сталина Маленков стал такой силой, с которой приходилось считаться.
XIX съезд, как известно, избрал новый Секретариат, Президиум из двадцати пяти членов и одиннадцати кандидатов и Бюро из девяти человек. Но из этого Бюро Сталин избрал пятерку для руководства партией, в которую ввел: себя, Маленкова, Берия, Хрущева и Булганина. Был избран и Секретариат из десяти человек, ведущая роль в котором отводилась Маленкову.
Хозяин явно дряхлел, и тогда Берия, Молотов, Каганович, Ворошилов и Микоян объединились на борьбу против выдвигающегося Маленкова. Сталину нужен был баланс сил, и он раздувает «Дело врачей», которое поручается вести старшему следователю государственной безопасности, тому же Рюмину.
Маленков поручает С. Д. Игнатьеву неотступно следить за Рюминым и его командой, и через месяц становится ясно, что дело спровоцировано для того, чтобы обвинить медиков в умышленно неправильном лечении и отравлении представителей высшего эшелона власти, чтобы безопасно убрать и Сталина, и Маленкова, и им подобных. Доложили Сталину, и тот произносит не оставляющую сомнений фразу: «В этом деле ищите большого мингрела».
Помнишь, что писал в «Новом мире» (№ 5, 1991 г. — С. К.) Андрей Маленков по этому поводу: «Над Берия нависла непосредственная угроза: он стал опасен самому Сталину. Тогда Берия решается на прямую борьбу с грозным хозяином. В декабре 1952 года он организует налет на дачу Сталина, устраняет всех преданных Сталину людей, в частности Поскребышева, Власика, и окружает его своими людьми. Готовится последняя акция режима, которая должна была уничтожить его творца. Я не знаю, завершил ли Берия этот замысел, или Сталин умер своей смертью. Во всяком случае, отрицать возможность того, что Берия убил Сталина, тоже полных оснований нет. Так или иначе всем из близкого окружения.
Сталина было очевидно, что ему жить осталось недолго, и развязка наступила».
У постели умершего Сталина пятерка решила избрать Маленкова Председателем Совета Министров, освободив его от обязанностей секретаря ЦК КПСС, и сформировала Секретариат ЦК КПСС из пяти членов: С. Д. Игнатьева, П. Н. Поспелова, М. А. Суслова, Н. С. Хрущева, Н. Н. Шаталина.
Вот как припоминает это Н. С. Хрущев: «Началось распределение портфелей. Сейчас же Берия предложил Маленкова назначить Председателем Совета Министров с освобождением от обязанностей секретаря ЦК. Маленков тут же предложил своим первым заместителем утвердить Берия и слить два министерства — госбезопасности и внутренних дел — в одно Министерство внутренних дел и назначить Берия министром.
Я молчал потому, что видел настроение всех остальных. Если бы мы с Булганиным сказали, что мы против, нас бы обвинили, что мы склочники, что мы дезорганизаторы, что мы еще при неостывшем трупе начинаем драку в партии.
Молотова назначили первым замом, Кагановича тоже. Ворошилова предложили избрать Председателем Президиума Верховного Совета, освободив Шверника. Очень неуважительно выразился в адрес Шверника Берия. Он сказал, что его никто в стране не знает.
Я видел, что это тоже детали его плана — он хочет Ворошилова сделать человеком, который оформлял бы в указах то, что делал бы Берия, когда начнет работать его мясорубка.
Меня Берия предложил освободить от обязанностей секретаря Московского комитета с тем, чтобы я сосредоточил свою деятельность на работе в Центральном Комитете. Провели и другие назначения. Приняли порядок похорон, порядок извещения о смерти Сталина.
Так, собственно говоря, мы лишились Сталина и так приступили к самостоятельной деятельности по управлению государством…»
ВОПРОС. Сразу же после смерти вождя Берия спешит в Москву, чтобы поднять свои дивизии и захватить власть. Однако спешит зря.