КОВАРНЫХ ПРЕТЕНДЕНТОВ НА ЦАРСТВО ЖДЕТ КОВАРСТВО
Сан надменный, строгий взор.
Всем судья и прокурор.
Но судьба низложит скоро
И судью, и прокурора.
Карьеру свою будущий чекист Л. П. Берия начал с инспектора жилищного отдела в аппарате Бакинского Совета. На работу в азербайджанскую Чрезвычайку его привлек М. А. Багиров. Тот и другой, по свидетельству М. С. Кедрова, поддерживали связи с тайными службами азербайджанских националистов — мусаватистов и грузинских меньшевиков.
В 1921 году один из ответственных работников ВЧК М. С. Кедров напишет докладную записку на имя председателя ВЧК Ф. Э. Дзержинского, в которой раскроет факты провокационной деятельности ответственного работника азербайджанской Чрезвычайной комиссии Л. П. Берия в разжигании им национальной вражды.
Дзержинский вызвал секретаря московской Чрезвычайки и начальника административной части ГПУ — ОГПУ Я. Д. Березина и вручил ему ордер на арест Л. П. Берия. Для задержания и ареста Берия был создан наряд из четырех чекистов. При этом ни старший наряда, ни трое сотрудников не знали, кого им предстоит арестовывать. Однако за несколько часов до прихода ночного поезда из Баку Дзержинский вновь вызовет Березина и объявит тому, что арест Берия отменяется, и потребует ордер на арест сдать, который тут же резко порвет.
— Что случилось? — спросит Березин.
— Позвонил Сталин, — ответит Дзержинский, — и, сославшись на поручительство Микояна, попросил строгих мер к Берия не применять.
Берия в ту ночь в Москву не прибыл. Но за неявку в ЧК нагоняя не получил. Похоже, что и на неявку у него имелась санкция либо Дзержинского, либо самого Сталина.
По свидетельству Я. Д. Березина, в 1921 году информацию от работников МЧК о готовившемся аресте Лаврентия Берия Сталин получить не мог. Скорее всего он ее получил от ходатая А. И. Микояна, который был с ним знаком с 1919 года. Объяснить его столь прямое вмешательство в дела московской Чрезвычайки благодушием или расчетливым укрывательством до сих пор не представляется возможным. Сталин Берия тогда еще лично не знал. Они встретятся лишь в 1923 году.
Я. Д. Березин, в свою очередь, к этому времени знал о Берия практически все. Тот почувствовал нависшую над ним опасность ареста после проверки, проведенной М. С. Кедровым в Баку, и потому в Москву не явился.
Докладная Кедрова осталась у Дзержинского, в аппарате ЧК, он ее не сдал. Что стало с докладной, неизвестно. Осенью 1931 года Берия избирают первым секретарем ЦК Грузии. А 21–22 июля 1935-го на собрании тбилисского партийного актива он делает доклад «К вопросу об истории большевистских организаций в Закавказье».
Благодушие в 1921 году органов ЧК по отношению к Берия, а возможно, и укрывательство его впоследствии повлекли за собой трагедию Кедрова, его семьи и семьи Я. Д. Березина. На торжествах, посвященных пятнадцатилетию органов ВЧК — ОГПУ, Березин в узком кругу чекистов рассказал о былых намерениях Ф. Э. Дзержинского арестовать Берия и о роли Сталина и Микояна в этом деле. А в ноябре 1938 года Сталин назначает Берия наркомом внутренних дел. Нашелся доносчик. Однако Берия на первых порах оставляет Кедрова и Березина в покое. Но Кедров в 1939 году снова встречается с Березиным и заявляет ему, что вторично решился вывести Берия на чистую воду, ибо иначе будет поздно.
Как бы в ответ на это заявление арестовываются сын и отец Кедровы, а затем и Я. Д. Березин. Березину предъявили обвинение в попытке покушения на Владимира Ильича Ленина, суть которого заключалась в следующем. В 1919 году в районе Сокольников шайка вооруженных бандитов остановила и угнала автомобиль, в котором ехал Ленин. Владимира Ильича и сопровождающих его лиц из машины высадили. Ленин при этом не пострадал. Грабители забрали лишь его личные вещи. Московские чекисты настигли и в перестрелке смертельно ранили главаря шайки Якова Кошелькова. При обыске у него были изъяты документы убитого сотрудника МЧК Королева, 63 тысячи рублей, бомба, два маузера и браунинг, а также личное оружие Ленина. Операцией по ликвидации банды руководил Березин, и потому Дзержинский именно ему и поручил возвратить браунинг Ленину.
Бериевские следователи в 1939 году обвинили Березина в том, что он передавал Ленину из рук в руки заряженный браунинг, и только-де бдительность личной охраны не позволила Березину совершить террористический акт против вождя пролетариата. Из Березина начали выбивать показания по методу «пятый угол»: в небольшой камере спиной к стене становились четверо палачей, низкий свет лампы под колпаком высвечивал только их сапоги. Измученного бессонницей и допросами арестованного надзиратели толкнули на средину камеры. Садисты ударами кулаков и ног стали кидать его от стенки к стенке с криками: «Мы бить не будем, если ты найдешь пятый угол!»