В октябре 1946 года с подачи вождя была начата кампания об угрозе еврейского буржуазного национализма коммунистической идеологии. Первой жертвой смены курса стал Михоэлс, который будто бы стремился заручиться поддержкой сталинского зятя Г. Мороза в обеспечении в советском руководстве выгодного ему решения еврейского вопроса. Через связи Михоэлса стали известны за рубежом некоторые трагические подробности в жизни родственников Сталина — Аллилуевых. Возможно, это стало причиной гибели в 1948 году Михоэлса и ареста в 1949 году Хейфеца.
Сталин поручал Берия самые ответственные, щепетильные дела. В 1948 году жена Молотова Полина Семеновна Жемчужина (в девичестве Карповская Перл Семеновна) вместе со своей лучшей подругой — послом Израиля в СССР Голдой Меир вторично стали требовать передачи евреям Крыма. Сталин приказал Жемчужину арестовать.
Вот как велся допрос заключенной следователем из ведомства Берия.
ВОПРОС. Жемчужина — это ваша настоящая фамилия?
ОТВЕТ. Нет, моя девичья фамилия Карповская, а Жемчужина — это моя партийная кличка.
ВОПРОС. Вы что, работали в подполье?
ОТВЕТ. Да.
ВОПРОС. Где?
ОТВЕТ. На Украине, в период пребывания там армии Деникина.
ВОПРОС. Кто оставлял вас на подпольной работе в белогвардейском тылу?
ОТВЕТ. Я сама там осталась в силу сложившихся обстоятельств. В 1918 году запорожской партийной организацией я была принята в члены РКП (б) и спустя некоторое время стала заведовать отделом Запорожского губкома партии…
ВОПРОС. Сколько времени вы проработали в ЦК КП (б) У?
ОТВЕТ. Очень немного. В 1921 году украинской партийной организацией я была делегирована на Международный женский конгресс, состоявшийся в Москве, по окончании которого осталась работать в бывшем Рогожско-Симоновском районе города Москвы участковым партийным организатором.
ВОПРОС. И больше из Москвы не уезжали?
ОТВЕТ. Не уезжала. Принимая участие в работе Международного женского конгресса, я познакомилась с Молотовым, который тогда являлся секретарем ЦК ВКП(б), и с конца 1921 года стала его женой.
Из протокола допроса от 10.2.1949 года:
ВОПРОС. Намерены ли вы правдиво рассказать о совершенных вами преступлениях?
ОТВЕТ. Никаких преступлений против Советского государства я не совершала. Предъявленное мне в процессе следствия обвинение в установлении преступных связей с еврейскими националистами я отрицаю.
ВОПРОС. Отрицаете потому, что хотите скрыть вражеский характер связи с Михоэлсом и другими националистами? Скажите, как часто вы встречались с Михоэлсом?
ОТВЕТ. Считанные разы. Первая наша встреча состоялась в 1938-м или 1939 году в Московском еврейском театре, где я присутствовала на спектакле «Тевье-молочник». В антракте Михоэлс пришел ко мне в ложу и представился как руководитель театра. После этого долгое время никакого общения с Михоэлсом у меня не было, и лишь в начале 1944 года я, по просьбе сотрудников Главного управления текстильно-галантерейной промышленности, пригласила Михо-элса сделать в управлении доклад о его поездке в Америку. Михоэлс принял мое приглашение, и через несколько дней его доклад состоялся.
В 1948 году Михоэлс вторично посетил главк, на этот раз с целью пригласить меня на спектакль «Фрейлехс». Тогда же он обратился ко мне с просьбой устроить на излечение в Кремлевскую больницу какого-то артиста еврейского театра, однако в этом я ему отказала.
ВОПРОС. А приглашение Михоэлса посетить театр приняли? ОТВЕТ. Да.
ВОПРОС. Показывайте, какие поручения Михоэлса вы выполняли?
ОТВЕТ. В 1948-м или 1947 году, точно не помню, Михоэлс просил меня отправить письмо Молотову, находившемуся в командировке за границей. Это письмо я передала в Секретариат Совета Министров для отправки Молотову с очередной почтой.
ВОПРОС. Было ли известно содержание письма?
ОТВЕТ. Нет, письма я не читала, и Михоэлс не посвящал меня в его содержание.
ВОПРОС. Снова лжете! Известно, что вы не только взялись переправить письмо, но и обещали Михоэлсу подвинуть вопросы, которые он ставил в этом письме.
ОТВЕТ. Я это отрицаю. Взяв письмо у Михоэлса, я не находила в этом ничего предосудительного, что же касается содержания письма, то еще раз заявляю, что оно мне неизвестно.
ВОПРОС. Поскольку вы нагло отрицаете установленные здесь факты, следствие вынуждено вас изобличить. (Приглашается арестованный Лозовский, член Еврейского антифашистского комитета. Ему задаются вопросы.)