Семья Кагановича. Слева направо: сын Юрий, дочь Майя, жена Мария Марковна, Лазарь Моисеевич и внучка
Ворошиловы Екатерина Давыдовна и Климент Ефремович с внуком
Генеральный секретарь Компартии Франции Морис Торез с женой и сыном
Семен Михайлович Буденный с женой Марией Васильевной и детьми
Никита Сергеевич Хрущев в кругу многочисленной семьи
Георгий Константинович Жуков с дочерью
Мать Л. И. Брежнева Наталья Денисовна, жена Виктория Петровна, сын Юрий, невестка и внук
Генеральный секретарь ООН X. Перес де Куэльяр, М. С. Горбачев и Э. А. Шеварднадзе
Борис Николаевич, не контролируйте меня, я обидеться могу
А теперь это все мое!
Мать — Анна Корнеевна Гаврилова
Первое офицерское звание. 1953 г.
Братья Сергей, Иван и Алексей Красиковы. 1986 г.
Откровенный разговор с отцом (слева — Сергей Павлович, справа — Павел Егорович)
Отец — Павел Егорович Красиков
В звании старшего лейтенанта. 1958 г.
Боевая стрельба из пистолетов Стечкина
Перед 50-километровым лыжным марш-броском. С. П. Красиков — третий слева
С сыном Александром и внуком Максимом. 1985 г.
Сергей Красиков с женой Неллой Ивановной Счастной и дочерью Ладой
С. Красиков и народный письменник Беларуси Иван Петрович Шамякин. Ждановичи, Минской области, 1983 г.
Сергей Красиков в гостях у белорусских письменников Нила Гилевича, Василя Быкова, Владимира Липского
Сергей Красиков среди делегатов съезда писателей в Большом Кремлевском дворце
На поэтическом фестивале: Алена Руцкая (Белоруссия), Лидия Ильющенко (Красноярск), Михаил Луконин, Галина Турелик (Украина), Сергей Красиков (Москва). Ереван, 1971 г.
Сергей Красиков с поэтами Анатолием Парпарой и Игорем Кобзевым после выступления на Пушкинском празднике в деревне Захарово Одинцовского района Московской области
Сергей Красиков с народным артистом СССР Николаем Сличенко на Пушкинских празднествах, проходящих в деревне Захарово Одинцовского района Подмосковья
В день пятидесятилетия Победы. Фотография сделана на балконе квартиры С. П. Красикова
Композитор Григорий Федорович Пономаренко (справа) и Сергей Красиков. 1986 г.
Сергей Красиков в турпоездке по Австралии с писателем-земляком Валерием Николаевичем Мурзаковым
А надоест на третьем этаже пребывать, широкая деревянная лестница с гладкими перилами, стекающий по ней ковер кофейного цвета проведет вас мимо спальных комнат детей и внуков, мимо помещений с аппаратурой связи, мимо холодильных и морозильных установок первого этажа в огромный холл зимнего сада с двумя отдельными выходами к морю: парадно-феерическим — для хозяев и сурово-обыденным — для прислуги. (Вот где равенство людей не только не подразумевалось, но всячески игнорировалось.) В зимнем саду, под сенью пальм и магнолий, разместился уютный кинотеатрик всего с шестью мягкими креслами. Из него по аллее сбегает спуск к морю. Но возможно добраться до пляжа и на фуникулере-эскалаторе. Иными словами, хочешь — топ-топ делай, желаешь — пари в небесах. А припаришь на бережок, утомишься, тут тебе комнатка отдыха с душами и туалетами, палаточный домик — с айболитами, охрана — с топориками, то бишь с автоматиками на плечах.
Но на этом сказка не кончается. Рано ей, не начавшись, кончаться. Взыграло, скажем, море, радуясь президентскому появлению, и стало похожим на мчащееся воловье стадо. Не хочется вам в бурное море входить. Не хочется — и не надо, не входите. Входите в бассейн с пятью дорожками, в который каждый день закачивается свежая голубая водичка со дна моря.
Но и здесь сказке еще не конец. Не потрудитесь, загляните за бассейн. Заглянули? Молодцы. Правильно сделали, что заглянули. Видите перед собою словно из первобытного мира грот с гномиками, сиренами и русалками? Видите? Чувствуете, в каком чудном йодисто-хвойном аромате они пребывают?.. Да-да-да-да-да, нагнетается он искусственно бесшумными кондиционерами, а за ним… а за ним… на гладко-зеркальной латунной глади в нетерпенье застыли в ожиданье вас резвые парусники и гондолы — поторопитесь — и вы успеете открыть свои материки и континенты счастья. Но сказка эта для народа, для вождей — это реальная жизнь. И звалась она объектом «Заря». За ее владениями в прозаических двух- и трехэтажных строениях пребывали простые сказочники, что умели сказку сказывать, сказку сооружать, а вот жить-поживать им в сказке не приходится, ибо больно уж жизнь у них прозаическая.