Я обнимаю ее и просто прижимаю к себе. На мгновение Шерил напрягается, но затем расслабляется, прижимаясь щекой к груди, пряди ее волос струятся по моим рукам.
— Вот, теперь все получилось.
Она бормочет:
— Почему у меня такое чувство, что тебе не нужна была моя помощь в поиске этих кнопок.
Я смеюсь.
— Виновен по всем статьям, но мне это было нужно.
Она снова напрягается.
— Секс?
Я обнимаю ее крепче.
— В мое время мы называли это занятием любовью.
— То есть секс.
Я провожу рукой по ее волосам. Все уже начинает меняться. Шерил более прямолинейна, чем раньше. Мне это нравится.
— Заниматься любовью — это ухаживать за кем-то, флиртовать, добиваться привязанности.
— О. В наши дни это означает…
— Секс, — я снова смеюсь и целую ее в макушку. — Я понимаю. Но поскольку ты сказала, что стараешься больше не делать этого с малознакомыми мужчинами… Мы просто узнаем друг друга получше.
Она поднимает голову, и раздражение в ее глазах очаровательно.
— Ты осуждаешь меня за то, что я была с другими мужчинами?
Ее тело идеально прижимается к моему. Боже, желание сорвать одежду и заявить на нее права прямо сейчас настолько сильно, что я содрогаюсь под ней.
— У меня нет проблем с тем, что я не первый у тебя.
В ее глазах желание, но также и осторожность.
— Потому что у нас нет отношений.
Я провожу большим пальцем по ее приоткрытым губам.
— Я не хочу говорить, что ты ошибаешься в наш первый день вместе, но…
Она переходит в сидячее положение и трется своим центром о мой пульсирующий член. Я не пытаюсь сдержать стон удовольствия. Ее руки ложатся мне на плечи. Я не могу наклонить голову, чтобы дотянуться до нее, не под таким углом. Ей придется наклониться.
— Друзья, — она изучает мое лицо. — Разве ты не это сказал?
Я снова поднимаю ее, пока лицо Шерил не оказывается над моим. Она все еще держится за мои плечи, как будто есть шанс, что я ее уроню.
— Друзья не занимаются сексом в 2024 году? — ее рот продолжает открываться и закрываться, как будто ей есть что сказать, но она решает не делиться этим. Она хочет меня, но не готова. Я легонько целую ее в приоткрытые губы, затем сажаю обратно к себе на колени. — Поговори со мной, Шерил. Чего ты хочешь?
Она смотрит на мою грудь достаточно долго, чтобы я начал беспокоиться, что обидел ее. Когда она начинает говорить, это звучит тихо, и ее взгляд по-прежнему устремлен вниз.
— Высока вероятность, что все, что, как тебе кажется, ты чувствуешь ко мне, является результатом химической реакции.
— Возможно.
Она шумно втягивает воздух.
Я продолжаю:
— С тобой может быть то же самое. Возможно, ты действительно неравнодушна к столовым приборам, и подойдет любая другая ложка. Я мог бы однажды войти и застать тебя в спальне, катающейся по полу с половником между ног.
Она закрывает лицо обеими руками.
— Хотелось бы сказать, что это смешно и никогда не могло случиться, но мы оба знаем, как я вернула тебя.
— Итак, ты интересуешься половниками?
Она опускает руки и встречается со мной взглядом.
— Нет.
— Уверена?
Ее брови хмурятся от раздражения.
— Я уверена.
Я снова обхватываю ладонью ее лицо.
— Я так же уверен, что то, что я чувствую, относится конкретно к тебе. Ты моя, Шерил. А я твой. Я не знаю, как и почему, но причина, по которой меня не волнует твое прошлое, заключается в том, что я — твое будущее, — ее глаза широко раскрыты и полны тревоги, и я вспоминаю, как выглядел Рэй в ту ночь, когда я застал его принимающим наркотики. — Чего ты боишься?
— Ничего.
— Я надеялся, что ты будешь честна.
Она недовольно фыркает.
— Я хорошо образованная, независимая, современная женщина. Меня ничто не пугает.
— Кроме?
Ее спина выпрямляется, а все тело напрягается.
— Все, что я скажу, это то, что ты можешь оставить всю эту риторику «Я твоя, а ты мой» при себе. Мне это не нужно и я этого не хочу.
— О, ладно. Независимость важна для тебя.
— Так и есть. Я помогу тебе. Я могу даже переспать с тобой. Но ты мне не нужен.
Я медленно киваю, начиная понимать ее.
— Понимаю. В ваше время нуждаться в людях — это плохо?
Она бросает на меня долгий взгляд, как будто пытаясь оценить, издеваюсь я над ней или нет.
— Да… нет… иногда. Послушай, я не представитель всего человечества. Я основываюсь только на своем опыте и том, чем я готова рискнуть.
— Риск, — ее выбор слов показателен. — Потому что мужчины разочаровывали тебя в прошлом — не смогли защитить?