Спрашивается, зачем кому-то понадобилось портить семейную фотографию?
— Тетя Софи!
Софи подпрыгнула при звуке голоса Лауры. Она резко повернулась и захлопнула ящик, с лицом, покрасневшим от стыда.
— Я искала одежду для Коннора.
— Ох уж этот Коннор! — Лаура распахнула дверцу шкафа. — Вы знаете, что он гуляет по дому совсем голый, в одном лишь полотенце, обмотанном вокруг бедер?
— Правда? — Софи прижала белье к груди, все еще размышляя о семейной фотографии, где кто-то вырезал ее лицо.
— Я никогда не думала, что способна желать зла другому человеку. Пока не встретила его. — Лаура повернулась с руками, загруженными одеждой. — Я способна его задушить!
Софи взглянула на племянницу.
— Как мило, дорогая! Лаура нахмурилась.
— Тетя Софи, что с вами?
— Ничего.
— Вы побледнели.
— Проголодалась, вот и все, — Софи выдавила улыбку. — Я отнесу эти вещи Коннору и прикажу Фионе накрыть нам завтрак в его гостиной.
Лаура всегда считала своего отца высоким, но темно-синие полосатые брюки отца оказались коротки, они заканчивались в трех дюймах над лодыжками Коннора. С белой рубашкой дело обстояло не лучше. Она не застегивалась на груди, а рукава не доставали дюйма до запястий.
— Он выглядит как сирота! Коннор усмехнулся, пытаясь влезть в ботинки, слишком маленькие для ног пришельца.
— …Которому нужен гостеприимный дом.
Лаура кивнула.
— Тот самый, откуда ты явился. Коннор сделал вид, что оскорблен. Лаура с трудом смогла сдержать улыбку. Ну и мошенник!
— Не удастся ли мне что-нибудь сделать?.. — пробормотала Софи, прикасаясь к запонке рубашки Коннора.
— Что-нибудь сделать? — переспросила Лаура. Ей все это очень не нравилось.
— Да, — Софи постучала пальцем по подбородку. — Нужно только немножко растянуть рубашку, и тогда…
— Вы же не хотите сказать, что собираетесь воспользоваться магией?! — воскликнула Лаура.
Улыбка Софи была такой же ясной, как солнечный свет, льющийся через окна гостиной.
— Я могла бы за долю секунды…
— Нет! — отрезала Лаура.
— Но, Лаура, если я хочу стать настоящей колдуньей, мне же надо тренироваться!
Колдовство. Заклинания. Викинги, путешествующие во времени. Лаура прижала пальцы к вискам, чувствуя, как пульсирует кровь.
— Тетя Софи, вы должны забыть… об этой магической чепухе.
— Почему? Я только-только начала в ней разбираться.
— Мы живем в Бостоне! Здесь люди поднимают скандал, если ты всего лишь читаешь неположенные книги. Что они сделают, если узнают, что вы — колдунья?
— Никто ничего не узнает, если я буду осторожной.
— Привести человека в дом — и вы это называете осторожностью? — спросила Лаура, показывая на Коннора.
— Мы с гобой — единственные, кто знает, как Коннор попал сюда.
— Я до сих пор не понимаю, как он здесь оказался. И знаю только, что хочу, чтобы он вернулся туда, откуда пришел.
— Осторожно, дорогая, — прошептала Софи. — Ты оскорбляешь его.
Лаура взглянула на Коннора. Тот смотрел в окно гостиной. Лучи солнца, струившиеся сквозь стекло, запускали золотые пальцы в его густые волосы, обхватывая светящимися руками его широкие плечи. Даже одетый в неподходящие по размеру вещи, Коннор оставался самым привлекательным мужчиной, которого она когда-либо видела.
Озорные искорки сверкали в его голубых глазах, когда он следил за Лаурой, заставляя ее морщиться от каждого удара сердца в груди. Нет, она не падет жертвой его вульгарного очарования!
— Этот человек слишком самонадеян, чтобы чувствовать себя оскорбленным.
— Я уверена, что ты найдешь его совершенно очаровательным, если только дашь ему шанс.
— Шанс для чего? Чтобы совершенно погубить мою жизнь?
Софи улыбнулась, блестя синими глазами,
— Шанс превратить твои мечты в реальность.
Лаура вздрогнула, вспомнив постыдный спектакль, который сама разыгрывала в своих снах.
— Я не хочу, чтобы мои мечты становились реальностью.
— Не хочешь?
— Нет, — отрезала Лаура. Да поможет ей Бог, если она позволит этим непристойным сценам воплотиться в жизнь!
— Ясно…
Какие-то нотки в голосе Софи навели Лауру на мысль, что тетя отлично понимает, почему Лаура хочет исчезновения этого человека. Неужели ее мысли настолько прозрачны?
— Однако, боюсь, мне придется прибегнуть к магии, чтобы отправить его обратно.
— Это другое дело.
— Почему? — спросила Софи.
— Потому что это необходимо. — Лаура взглянула на Коннора. Он улыбнулся ей широкой, радушной улыбкой, которая пробудила в ней воспоминания… Она снова чувствовала его руки, обнимающие ее, его губы, прижавшиеся к ее шее, его пальцы ласкающие ее сквозь шелк платья. В груди вспыхнул огонь, поднимаясь по шее, щекам, пока у нее не зазвенело в ушах. Чем дольше он пробудет здесь, тем больше опасность, что она выкинет что-нибудь безрассудное. — Да, совершенно необходимо.
В дверь постучали, и Лаура едва не подпрыгнула.
— Что такое?!
— Наверно, одна из служанок с завтраком, — ответила Софи, направляясь к двери, как будто ей не нужно было скрывать пребывание в доме викинга ростом в шесть футов четыре дюйма.
— Подождите! — хриплый шепот Лауры заставил Софи застыть на месте.
Софи обернулась.
— Что такое, дорогая?
— Туда, — Лаура указала Коннору на дверь в смежную спальню. — Иди туда и жди там, пока я не скажу, что можно выходить.
Он взглянул на нее, и его черные брови поднялись.