— Что вы хотите? Позлорадствовать?
— Правду, — я нахмурилась, — хочу знать твою правду, Равен.
В ответ мне коротко рассмеялись.
Глава 11
Тремя годами ранее
— Каждая из вас в праве самостоятельно выбрать себе покои, в которых будет проживать в течение этого года, — важно произнесла чуть полноватая темнокожая женщина, без особого интереса разглядывая прибывших девушек.
Толку от них, если из года в год ничего не меняется. Те же обязанности, те же наставления. Встретить пятнадцать высокородных девиц с завышенными требованиями и верой в то, что они самые наилучшие, расселить, приставить к ним прислугу, а далее наблюдать, как с них сбивают спесь.
Особенно Розалио любила наблюдать за тем, как за первые месяца в их глазах начинает проявляться осознание того, что император как был, так и оставался для них недостижимым. Даже несмотря на то, что им выпала исключительная честь проживать во дворце и изредка пересекаться с Его Величеством.
Кто-то мог бы подумать, что какой-никакой, а шанс у прибывших всё же имелся, но она, как опытная гофмейстерина, с абсолютной уверенностью могла заявить: никто из этих пятнадцати девиц не завладеет сердцем их повелителя.
Однако это ни в коем разе не мешало ей с насмешкой наблюдать за тем, как глава королевской охраны и безопасности всякий раз спорили на ту или иную дворянку. Ха, им бы самим не мешало присмотреться к какой-нибудь девушке, а то так до конца своей жизни останутся убеждёнными вояками.
— А когда мы сможем увидеться с Его Величеством? — раздался ровный голосок откуда-то сзади. Ну, что и следовало доказать.
— Лишь завтра с утра, — сложив руки перед собой, чётко произнесла она, — остаток сегодняшнего дня вы полностью предоставлены себе. Обед и ужин вам накроют в общем зале, вечером занесут устав и регламент, рассказывающий о правилах поведения на женской части, ознакомьтесь с ними.
— Все мы знаем, что там будет написано, — веско заметила неизвестная леди, тряхнув тёмными волосами, — всё по стандарту. Никаких конфликтов, никаких провокационных переписок и разговоров, достойное поведение — залог успеха, так далее, тому подобное.
Розалио прищурилась, окинув девушку долгим взглядом. По сути, ничего выдающегося, но отчего-то она приковывала к себе внимание. Было в ней что-то необычное. Нечто, отчего-то её хотелось рассмотреть внимательнее, смесь крови.
— Шаг вперёд, — скомандовала гофмейстерина.
Так и не взглянув ни на кого, леди гордо сделала шаг вперёд, с вызовом смотря в ответ. Что ж, здесь явно было на что посмотреть. Ладная девица, высокая, статная, можно сказать, отчасти миловидная. Коса тёмных волос, утончённые черты лица, раскосые тёмные глаза, да припухлые губы.
И сразу ведь видно: не из столицы. На тех Розалио уже успела наглядеться: одеваются ярко, улыбаются жеманно. У этой же закрытый фасон платья, да и язык острый, словно змея песчаная.
— Представьтесь.
— Фельида Монтеи, — протянула леди, коротко поклонившись, — что-то не так, достопочтенная леди Розалио?
— Вы молодец, леди Монтеи, — бесстрастно ответила гофмейстерина, — уже выбрали комнату?
— Да, эту хочу, — и кивок в сторону ближайшей двери.
— Что ж, располагайтесь.
Розалио прищурилась, решив, что достаточно уделила внимание этой девушке. Отвернувшись, женщина была вынуждена продолжить свою не особо оригинальную речь, которая сводилась к краткому посвящению всех прибывших о том, что их ждёт.
Ох, и непростой же это год будет.
***
Фельида ненавидела несколько вещей в этой жизни. Вообще-то, их было в разы больше, но она любила акцентировать своё драгоценное внимание на двух: пренебрежение и неуважение. И смириться она не могла ни с одной из них.
С утра их уже торопили и подгоняли, разрядив в самые лучшие, но не броские наряды, сопроводив в зал отдыха, приказав дожидаться гофмейстерину. И они действительно ожидали, что она явится с минуты на минуту, ведь к чему тогда была такая спешка. Однако минуло практически полчаса, а леди Розалио не особо стремилась осчастливить их своим присутствием.
Ни с кем из прибывших она, конечно же, познакомиться не успела. Да и не сказать, что особо стремилась. Слишком уж эти вычурные девки казались ей далёкими. В прямом смысле, к слову. Как оказалось, самой дальне прибывшей здесь была она и какая-то графиня с запада. Но бедняжка была какая-то пришибленная на голову, ни с кем не говорила, сидела, уткнувшись в свою книгу, да и только.
И не удивительно.
На западе одни пески, да огромные твари, как в таких условиях из девушки может получиться достопочтенная леди? Да в том то и дело, что никак!