Лорд Фейнзизс выглядел чем-то до безумия довольным, толи собой, толи, ну, собой, здесь было без вариантов. И если раньше её немного забавляло его дурацкое поведение, хоть она и пыталась показать своё раздражение и неодобрение, то теперь оно вызывало лишь глухое недовольство.
— Что тебе здесь нужно?
— Грубо, леди Монтеи, очень и очень грубо, — адмирал покачал головой. — Разве так разговаривают с лордом, что пришёл поздравить вас с праздником?
— Можешь проглотить свои поздравления и подавиться ими, — милостиво разрешила Фельида, поняв, что ничего нового он ей не скажет. На секунду, конечно же, она понадеялась, что он принёс какие-либо вести об императоре, но, судя по всему, нет.
— Всё ещё дуешься на то, что император берёт в жёны не тебя, а леди Север? — поинтересовался Равен.
— Зря, ты должна была изначально предвидеть вариант брака по договору, убиваться по этому сейчас крайне глупо.
— Просто заткнись и уйди отсюда, — раздражённо произнесла фаворитка, — или я начну кричать, и тебя выведут отсюда с позором.
— Ладно-ладно, считай, что я боюсь, — примирительно произнёс лорд. — Я просто пришёл, чтобы подарить тебе это, но, вот, как видишь, уже ухожу.
Равен нагнулся, оставив что-то на столе, а потом и правда, бесшумно ушёл, не произнося больше ни слова. Лишь перед дверью замешкался, обернулся, словно всё же что-то хотел добавить, но так и не решился.
Поначалу Фельида решила стойко не реагировать на внезапный подарок, а когда придёт служанка, приказать его выкинуть, но любопытство всё же завладело ей раньше.
Отложив книгу, она выпрямилась, обнаружив бархатную коробку. Украшение? Ха, как примитивно. Хмыкнув, она всё же осторожно взяла подарок, раскрыв. Несдержанный вздох раздался в тишине комнаты. Из глубин коробочки на неё смотрело кольцо, украшенное красным алмазом. Самым дорогим и редким камнем империи.
***
За прибытием северной принцессы Фельида наблюдала с лоджии, стоя в стороне так, чтобы её никто не заметил. Было несколько удивительно, что навстречу ей был отправлен Герберт. Его должность главы стражи никак не вязалась со встречей иностранных девиц и сопровождением их до дворца. Однако это был приказ Его Величества, а они, как известно, не обсуждались.
Принцесса, к слову, ей не понравилась. Бледная вся, как будто моль, и немощная. Даже издалека она видела её неуверенность и боязнь перед неизвестных. Даже её тряпка, прячущая лицо, не помогала. Как что-то подобное вообще могло претендовать на статус императрицы Фордейка? Севера, что, издевался над ними, когда подсылал под залог мира это?
Поняв, что здесь явно смотреть не на что, Фельида хмыкнула, круто развернувшись, покинула балкон. По приказу императора она ответственно не появлялась на глаза этой немощной суке, хотя желание было велико. Особенно ей сильно хотелось наплевать на все запреты, когда тем же вечером прибыл Дариан из затянувшейся поездки, но даже тут она сдержалась.
И, в принципе, была вознаграждена. Ночью второго дня её вызвали двое кавалеров, сопроводив до пустующей гостевой комнаты, в которой её ждал император. Как бы сильно она не убеждала себя в том, что до сих пор хранила обиду на него, всё равно не сдержалась, бросившись в объятия.
Это продолжалось на протяжении нескольких дней. Её вполне успокаивал сам факт того, что даже при наличии невесты, Дариан всё равно ночью ходил к ней. И когда она была уверена, что способна перенести всё происходящее, судьба преподнесла новые испытания. Свадьба, первая брачная ночь, довольство совета по поводу крови на простыне.
Тогда она побила, наверное, все бьющиеся вещи в своих покоях, не иначе.
А после успокоилась и явилась на коронацию, взглянув прямиком в эти бледно-голубые глаза, смотрящие на неё в ответ с искренним непониманием. Вы посмотрите-ка, с этим глупым покрывалом на голове эта дурнушка выглядела явно лучше, чем без него. Впрочем, истинное её появление на коронации заключалось в другом.
Ей было крайне весело наблюдать за военными, точнее, за их не слишком уж и удавшимся бунтом. Равен прекрасно справился со своей работой за столь короткий срок. Фельида не смогла сдержать ухмылки, наблюдая за рассеянным лицом лорда Мишра, когда тот понял, что что-то пошло не так, опускаясь на колено.
Быстро спохватился, ублюдок.
Однако эйфория от произошедшего длилась не долго. Ночью император не пришёл. Прождавшая весь вечер кавалеров, Фельида легла спать раздражённая, чтобы на завтраке сорваться на новоявленной императрице и получить красноречивый взгляд от Дариана.