— Американцы тоже придут на помощь, и скоро, — тихо произнес Сталин, пройдясь по кабинету и остановившись у стола. Взял из коробки папиросу и негромко продолжил:.
— Отряд крейсеров уже отправлен в Петропавловск, сопровождает идущие туда военные транспорты с необходимыми для нашего гарнизона грузами. Рузвельт согласен взять Камчатку на «содержание». На Командорских островах будет усилен гарнизон, установлены еще две береговых батареи. Американцы просят использовать полуостров в качестве опорного пункта, с которого они начнут потихоньку продвигаться через всю Курильскую гряду на юг. И вот еще что — со следующего года, но возможно и с декабря, если успеют, в Приморье с аэродромов начнут бомбить японские острова «летающие крепости». Кроме того, из наших гаваней начнут действовать их субмарины. Я принял предложения президента Рузвельта, хотя есть серьезные политические риски, но пользы от такого сотрудничества намного больше. Американцы заинтересованы как можно быстрее выбить из войны японцев, чтобы не нести лишних расходов. Дельцы они…
Последние слова были сказаны без всякого презрения, просто как констатация факта. Кулик же моментально оценил возможные перспективы и последствия от такого «взаимовыгодного бизнеса». А то, что японские заводы начнут бомбить на полтора года раньше, в корне изменяло всю ситуацию войны на Дальнем Востоке — теперь первой будет выбита Япония, а не германия, но от «перемены слагаемых», как известно, «сумма не меняется». А вот потери и издержки в такой войне могут стать ощутимо меньше — американцы и англичане ребята упертые, их стратегическая авиация превратит «Еврорейх» в развалины. Еще бы этого результата не добиться, если янки четырехмоторных бомбардировщиков совокупно сделали чуть больше 34-х тысяч, почти столько же, сколько советские авиазаводы изготовили одномоторных штурмовиков ИЛ-2. Против такой воздушной армады устоять невозможно — немцы за строительство подземных заводов принялись, а вот японцы с этими мерами запоздали тогда, а сейчас для них подобные бомбардировки станут самой настоящей катастрофой. И в огне могут погибнуть сотни тысяч японцев, тех, которым было суждено выжить.
Но эти мысли Кулик тут же отбросил — страдать излишним гуманизмом нельзя, в первую очередь нужно думать о своих, а враги на то и враги. Тут все просто — не мы начали, но за нами не «заржавеет».
— Если так и будет, Коба, то создав превосходство в воздухе, все равно, сколько у японцев линкоров и крейсеров, у нас их все равно нет. Как и авианосцев — их береговая авиация полностью заменит. К тому же под это дело можно у Рузвельта и корабли попросить, не думаю, что откажет.
— Вызывайте со Ждановым наркома флота, он вам все по порядку доложит. Ему и на Камчатку скоро лететь — предстоит с американским адмиралом переговоры вести…
За годы 2-й мировой войны на авиазаводах США изготовили свыше 12 тысяч бомбардировщиков В-17, названных «летающими крепостями» — самолет с потрясающей боевой живучестью. Еще в полтора раза больше «либерейторов», и напоследок свыше трех тысяч «суперкрепостей», тех самых В-29, с которых сбросили атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки. Еще почти 16 тысяч четырехмоторных бомбардировщиков сделали на английских заводах, и половина из них знаменитые «ланкастеры» — «ночной кошмар Германии». В СССР только ПЕ-8 был подобного класса, но их выпуск составил чуть больше семи десятков…
Глава 12
— Раздухарились японцы, в штыки бросаются, товарищ капитан 1-го ранга. Лезут и лезут, «банзай» орут непрерывно. Мы их бьем, в штыки пару раз сходились, роту, почитай, «вырезали» огнем в упор, а они снова идут. Глаза дикие, кровью налились, и смерти нисколько не боятся — как очумелые! Куда там финнам — те хладнокровно дерутся, и потерь не любят, чуть-что пошло не так — отскакивают. Покурить бы…
Последние слова, хотя и прозвучали высказанным вслух желанием, но на самом деле были просьбой обычного пехотного старшины с характерными «треугольниками» в числе четырех, на зеленого цвета петлицах, к вышестоящему по должности командиру. И вряд ли раненый имел сейчас представление, что перед ним не простой капитан 1-го ранга с широкой золотистой нашивкой на рукавах кителя.
Ведь еще год назад Гордей Иванович был заместителем наркома военно-морского флота, и звание имел намного выше, был вице-адмиралом, и даже короткое время покомандовал на свою беду развернутой в Крыму группировкой из двух общевойсковых армий и Черноморского флота. Однако ничего сделать толком не смог — немцы все же прорвались в Крым, причем сделали это за сутки до его назначения, и в такой ситуации все предпринятые меры оказались запоздалыми. Виноват генерал-полковник Кузнецов, но его отправили в Москву, академией управлять, а «крайним» назначили вице-адмирала Левченко. Отдали под суд военного трибунала, «впаявшего» разжалование со сроком, и «поражением» в правах.