Левченко только головой покачал, нисколько не сомневаясь в истинности короткого повествования. Кулика ведь недаром называли «маршалом северных направлений», иногда даже «болотным» — любит в лесах и болотах воевать, при этом артиллерист до мозга костей.
— Товарищ капитан 1-го ранга, пароход идет, здесь начнется погрузка «ранбольных», — как бы невзначай осведомился военврач с двумя «шпалами» на петлицах, и Левченко только кивнул. Он убедился собственными глазами, что эвакуация раненых происходит четко, пароход приходит каждый час. А за любую промашку с него взыщет маршал Кулик, который сурово взыскивал с тех командиров, кто не обеспечивал своевременное оказание медицинской помощи раненным. А за опоздание с эвакуацией, в результате чего последовали смерти, отдавал под трибунал без малейшего сомнения…
Высадка десанта на Амуре с мониторов флотилии, малоуязвимых от огня японской противотанковой и полевой артиллерии. Зато их ответный огонь был убийственным в прямом смысле слова, достаточно оценить мощь орудийных башен…
Глава 13
— Да заткните вы ему амбразуру, пулеметы глушить сразу надо. Подходить вплотную и бить по амбразуре. Жаль, «огнеметов» нет, а то бы живо их тут всех как тараканов выжгли! Молодцы, давно бы так!
Командарм 6-й танковой еще раз выругался, но уже радостно, когда «тридцатьчетверка» подошла к доту вплотную, было видно, как пули отлетают от покатой брони раскаленными искрами, и шарахнула из башенной «трехдюймовки» фугасом прямо в пулеметную амбразуру. Так что можно не гадать насчет участи находившихся там японцев — самураи превратились в «фарш». К тому же детонировал боезапас, не только патроны, но и гранаты — из амбразуры выплеснулись длинные языки пламени, и пошли густые клубы черного дыма. Ожесточенные бои шли по всей линии вот уже сутки — советские войска проламывали оборонительные позиции возводимого японцами у самой монгольской границы Аршанского укрепрайона.
И хорошо, что солдаты противника только окопались, и не провели масштабные работы по бетонированию, иначе было бы неимоверно трудно прорываться через возведенные линии. К тому же будь у японцев нормальные противотанковые пушки, вроде 75 мм новых «ПАК», то танки 29-го мехкорпуса уже бы сами пылали кострами. А так потери не просто приемлемые, они оказались гораздо меньшими, чем ожидал командарм. И все из-за неприкрытого и непонятного пренебрежительного отношения к русским, и даже возникло стойкое ощущение, что победа над царскими войсками 37 лет тому назад сыграла с японцами злую шутку — они почему-то уверились в своем превосходстве. Даже бои на Халхин-Голе не были приняты во внимание — самураи посчитали, что поражение вызвано нехваткой противотанковых 37 мм и 47 мм орудий. И будь ПТО намного больше, что те массы танков БТ и бронеавтомобилей, что бросил на них тогда еще комкор Жуков, так бы и усеяли всю бескрайнюю монгольскую степь полыхающими кострами. Впрочем, выводы сделали, даже два — отступив от реки Халхин-Гол, японцы приступили к возведению целого укрепрайона, который «насытили», как сегодня столкнулись с огромным количеством мелкокалиберных противотанковых пушек. Не меньше двух сотен, как выяснилось — порой казалось, что они стреляют отовсюду, но «росчерки» шли один за другим. Снаряды просто отскакивали, «сминались» или давали рикошет от наклонной брони «тридцатьчетверок». А это означало одно — японцы подготовились к войне с противником из «минувшего» времени, нисколько не озаботившись в отличие от немцев созданием новых танков и противотанковых средств.
В минувшем декабре генерал-лейтенанту Романенко пришлось повоевать с немцами под Москвой, будучи направленным на фронт с подкреплениями из ЗабВО. Командовал корпусом, потом армией, потом снова корпусом, но уже механизированным, которые снова стали воссоздаваться, но уже на бригадной основе, а в мае был безжалостно вырван и отправлен обратно в Монголию, приняв свою армию, которая снова стало группой. И дело в том, что количество армий в Красной армии, достигшее семи десятков, сократилось чуть ли не наполовину. Снова вернулись к корпусной системе, оставив в каждой армии от двух до четырех корпусов, состоящих обычно из трех дивизий или бригад, но последние были исключительно в механизированных или воздушно-десантных корпусах, которые находились на особом положении. И он сам вот уже неделю как снова командарм — моторизованную группу снова реорганизовали в армию, но уже танковую, состоящую из одного мехкорпуса и двух мотострелковых дивизий. Так что первым делом он сменил красные общевойсковые петлицы на черные бархатные, с эмблемой танка и тремя маленькими звездочками на них. Снова вернулся к «истокам» своей службы, которую нес исключительно в «подвижных» соединениях. В гражданскую войну и в двадцатые в кавалерии, а в тридцатые в механизированных частях. Пришлось повоевать в Испании советником у республиканцев, затем командовал одним из первых механизированных корпусов, тех самых, которых дважды расформировывали по подаче генерала Жукова — перед тем, когда тот стал начальником Генштаба, и когда покинул этот пост.