Дорого обошлись Прокофию Логвиновичу перепалка с Георгием Константиновичем, когда он единственный на декабрьском совещании выступил против общего мнения, заявив, что ударные армии должны быть полностью моторизованными, и состоять из танковых и механизированных соединений. И при этом сослался на свой опыт командования и то время, что он провел в танковых частях. Так что строптивого генерала вначале «усадили» на стрелковый корпус, затем отправили в Монголию. К счастью, он оказался прав — сама война все расставила по своим местам. Вначале стали формировать заново мехкорпуса, а с весны танковые армии, и вот он командарм одной из них, правда самой слабой. Но два мехкорпуса идут по Транссибу, а командир головного, 2-го гвардейского механизированного, генерал-майор Орленко, вчера прилетел самолетом У-2 на доклад. Его бригады будут прибывать в Борзю, откуда могут быть направлены по железной дороге до Баян-Тумена, и прибудут в армию уже маршем через степь, или в Даурию — тогда будут наступать через границу на Хайлар, где и соединятся с армией. Но принимать решение маршалу Кулику, а какое оно будет пока неясно. Сам же комкор попросился пойти в бой, И Романенко, памятуя о приказе Кулика, отправил его в составе головной бригады, прекрасно понимая, что генералу хочется собственными глазами посмотреть в упор на японцев, «почувствовать» врага вплотную, сразится с ним. Правда, отдал ему свой командирский Т-34 МКУ, которые выпускали с лета только два танковых завода — ЧКЗ и в Омске. Этих танков было немного, но они при всех неоспоримых достоинствах нижнетагильских «тридцатьчетверок» с «гадюками» в трехместных башнях, имели уже торсионную подвеску, потому и увеличенную толщину лобовой брони корпуса и башни в солидные 75 мм вместо прежних 60 мм, и к тому же прикрытые с бортов дополнительной защитой в полдюйма. Так что даже те минимальные шансы, которые имели японские 47 мм ПТО, сейчас сводились к стометровой дистанции под прямым углом в уязвимую точку между катками. А для этого в бою шансов у расчета ничтожно мало…
— Смотрите, японские танки!
Романенко посмотрел далеко вперед — утренним морозцем прихватило землю, чувствовалось приближение зимы. Действительно, из-за гребня показались маленькие угловатые машины, их было много — несколько десятков. Как раз одна из двух танковых бригад 3-й японской танковой дивизии, о которой поведали плененные японцы и китайские шпионы — по слухам, точной информации не имелось, японцы летом приступили к формированию сразу трех танковых дивизий, и одна из них дислоцировалась поблизости, имея в своем составе полторы сотни танков…
Это не только патриотическая пропаганда, так самураи в бой и ходили, с мечами, на танках. Велика сила традиций…
Глава 14
— Вот ни хрена себе! Это далеко не германские танки — «жестянки». Тут пошел уже не бой, откровенное избиение…
Романенко был сильно удивлен — выдвинувшиеся вперед полдесятка «тридцатьчетверок», из больших округлых башен которых торчали длинные стволы «гадюк» начали стрелять по японским танкам. И убийственно точно — с расстояния километр генерал-майор Орленко попадал во вражескую машину вторым снарядом, но часто вообще не промахивался. Маленькие японские машины, вроде «Ха-го» с 37 мм пушкой от попадания бронебойного снаряда немедленно замирали на месте, и многие вспыхивали жарким костром. Причем генерал хладнокровно выбивал последние вражеские танки, совершенно бестрепетно идя на идущие в первой линии «Чи-Ха». Те были чуть крупнее, у большинства из башен торчала длинноствольная 47 мм пушка, но некоторые машины были вооружены 57 мм орудиями, с коротким стволом — эти танки японцы применили впервые еще на Халхин-Голе.