Но чтобы с ним самим сыграли столь жестоко, вот этого Филипп Сергеевич не ожидал, хотя слышал, что нарком флота мстителен. И то, что «подставил» его заместителя вице-адмирала Левченко именно командующий Черноморским флотом вместе с членом Военного Совета накатавший на него «сигнал», который армейцы обычно называли «телегой», адмирал Кузнецов прекрасно знал, и теперь, наконец, свел счеты. И оказался вице-адмирал Октябрьский на Камчатке, а дивизионный комиссар Кулаков стал ЧВС на Беломорской флотилии, которая отвечала за идущие по Северному Морскому пути караваны. СМП начинается от «Карских ворот», идет три тысячи миль до бухты Провидения на Чукотке — за нее теперь он отвечает, как и за плавание до Дудинки, что в устье Енисея.
И лишь одно обстоятельство несколько смягчало дикую обиду — замнаркому Левченко досталось куда круче. Разжаловали Гордея в капитаны 1-го ранга, и отправили на Амурскую флотилию, который сам Октябрьский командовал три года тому назад, командиром бригады речных мониторов еще царской постройки — и это со второй должности на флоте, головокружительное падение вниз по карьерной лестнице.
Впрочем, еще один важный «ссыльнопоселенец» нашелся — бывший командующий Балтийским флотом вице-адмирал Трибуц, по слухам на него взъелся сам Жданов, и «подсидел» командующий ОЛС вице-адмирал Дрозд, всю зиму проторчавший на Моонзунде. Владимира Филипповича тоже обвинили по многим «грехам», включая большие потери во время прорыва из Таллинна в конце августа прошлого года. Могли «посадить», но вмешался маршал Кулик, и теперь Трибуц командует Северной Тихоокеанской флотилией, которую в обиходе именуют «Сахалинской». Но у него там нет кораблей водоизмещением свыше семисот тонн — Татарский пролив мелководен, как и побережье северной половины огромного острова, впрочем, держать там крупные корабли никто не собирался. Задача флотилии обеспечить оборону побережья и Сахалина, а до начала войны обеспечить проводку строящихся в Комсомольске кораблей до Владивостока — успели увести до нападения японцев легкий крейсер «Калинин».
Так что оказаться в такой «компании вице-адмиралов», Октябрьскому было не так обидно, как раньше, а сейчас тем более. Началась война — Япония все же напала на СССР. Этого ожидали давно, все прекрасно понимали, что нейтралитет самураи не будут долго держать, иначе бы не устраивали постоянно провокации, да еще два военных конфликта на Хасане и на монгольской речке Халхин-Гол. А когда ему передали радиограмму от назначенного главнокомандующим на Дальнем Востоке маршала Кулика, Филипп Сергеевич воспрянул духом. Причем с этой минуты свою невольную ссылку счел чуть ли не спасением, тем самым, после которой придет «звездный час», и карьера пойдет снова вверх — ведь ему только сорок три года, а маршал относится с видимым уважением. И с удвоенным рвением взялся за службу — ведь его назначили командующим огромного Камчатского оборонительного района, и роль возглавляемой им флотилии должно неизмеримо вырасти. Ведь американцы начали прямые поставки самолетов по «воздушному коридору» от Аляски через всю Сибирь — а это десятки самолетов в месяц. При этом союзник брал на себя обеспечение огромного края, отправляя сюда транспорты с необходимыми грузами — от продовольствия до авиабензина, который требовался для обеспечения перелетов. И главное — на Камчатку перейдут для временного базирования боевые корабли американского флота — линкоры, крейсера, эсминцы. От этой новости впору было сойти с ума, но радиограмма наркома только подтвердила указания главкома.