— Есть предложение назначить товарища Жукова главнокомандующим нашими вооруженными силами на Ближневосточном направлении. Надеюсь, он справится с порученным делом. Кто «за» это решение…
Не только из советского тыла на фронт шла техника и вооружение, в Германии этим делом занимались не менее усердно, на войну работала промышленность многих европейских стран, и «по-стахановски» порой, как это не печально (смотря с какой стороны посмотреть) признавать…
Глава 23
— Джентльмены, пожалуй, теперь нужно отходить в Петропавловск — бой принял для нас неудачный ход.
МакМоррис постарался говорить как можно спокойнее, хотя хотелось выругаться от души. Все что он сейчас сказал стоящим с ним рядом офицерам, было выражение в очень мягкой форме его отношения к происходящим событиям. Да хреново бой начался, если говорить честно — всего три восьмидюймовых попадания в несчастный «Солт-Лейк-Сити» и «вашингтонский» крейсер стал обузой, едва ковыляющей на десяти узлах. И заменил его в боевой линии «Ричмонд», а подошедший «Дейтройт» вел перестрелку с японскими легкими крейсерами, которые вместе с восьмеркой эсминцев выказывали намерение добить «столицу мормонов», но тот огрызался из кормовых башен и высоченные всплески восьмидюймовых снарядов «охлаждали» воинственные пыл даже самых нетерпеливых японцев.
— Теперь мы будем крутиться между «подранком» и японскими кораблями, нельзя давать бить по «Солт-Лейк-Сити», пока на нем не исправят повреждения. Отправьте радиограмму на «Мемфис», пусть подходит к нам на помощь с парой своих эсминцев, сейчас нужно собирать все силы в один кулак. А русские сами сопроводят транспорты и смогут отбиться от японских эсминцев — надеюсь, что их моряки стреляют лучше, чем бомбят их летчики. Хотя истребители молодцы, ничего плохого не скажу — умеют в небе сражаться, и храбрости у них не отнять.
В устах адмирала эти слова прозвучали высшей похвалой — хоть какая-то победа, пусть даже союзников' сглаживала «послевкусие» от повреждения мателота. Но в это время он просчитывал ситуацию, и она ему нравилась все меньше и меньше. Непосредственное охранение транспортов вел отряд конвоя из старого крейсера «Мемфис», и двух не менее старых эсминцев прошлой войны — на отдалении их силуэты были схожими — и там и там по две пары труб. Так в двадцатые года адмиралы рассчитывали запутать англичан — святая наивность, но тогда их считали гипотетическими врагами. Однако сами «омахи», а этих крейсеров в двадцатые года построили целый десяток, адмиралу нравились — после мировой войны они считались самыми мощными в мире среди легких крейсеров. При нагрузке девять тысяч тонн водоизмещения, при скорости 35 узлов они имели большую дальность плавания и вполне надежную защиту — борт прикрывали броневые плиты толщиной в три дюйма, палубу в полтора дюйма. А 152 мм пушек конструкторы «набили» целую дюжину, но подошли чересчур оригинально к их размещению — в носовой и кормовой башне по паре стволов и с двух сторон надстройки еще по четыре таких же пушки в казематах. «Уделать» любой легкий крейсер прошлой войны они могли запросто — восемь стволов в бортовом залпе. Для того, чтобы догнать противника или удрать от него, такое расположение было выгодным — в нос и корму могли стрелять по полудюжине пушек. Вот только когда стали повсеместно строить корабли с линейно-возвышенными башнями, ущербность «омах» стала проявляться.
Зато все крейсера прошли модернизацию перед войной и этим летом — установили радары, усилили ПВО тремя «чикагскими пианино» и восемью 20 мм «эрликонами» — два десятка стволов, как казалось, вполне надежная защита, но война уже показала действия авианосной авиации во всей красе. И теперь уже подумывали поставить «бофорсы», но тех не хватало на новые корабли. Водоизмещение возросло, численность экипажа увеличилась, а вот условия обитания команды, и без того спартанские в сравнении с другими крейсерами, заметно ухудшились. Пришлось снимать торпедные аппараты, резонно посчитав, что на крейсерах они ни к чему — любое попадание вражеского снаряда приведет к подрыву торпед с последующим апокалипсисом на отдельно взятом корабле. И вообще для торпедных атак предназначены эсминцы, вот пусть ими и занимаются. Заодно убрали пару кормовых нижних казематных «шестидюймовок» — их частенько заливало водой, вот и решили избавится от обузы и заодно облегчить корабль. А вот окончательно убрать пару гидросамолетов с катапультами пока рука не поднялась, хотя всем стало ясно, что любой аппарат, взлетевший в воздух, будет очень быстро сбит японским «зеро». А роль разведчиков и корректировщиков куда лучше исполняют самолеты базовой авиации, да те же «каталины» — «летающие лодки». И сейчас на катапультах гидросамолетов не имелось, их убрали перед выходом и правильно сделали — любой разорвавшийся снаряд привел бы к немаленькому пожару. Так что стоять в боевой линии «Ричмонд» и «дейтройт» могли, только без всякой пользы — отвлекать на себя вражеские снаряды, служа большой такой мишенью.