Все дело в том, что японские тяжелые крейсера прикрывались броневым поясом в четыре дюйма, не пробиваемым шестидюймовой артиллерией, а под курсовыми углами и восьмидюймовыми снарядами. И строили их самураи с одной лишь целью — уничтожить в бою один на один любой «вашингтонский» крейсер «договорного» водоизмещения. Потому и втиснули пять 203 мм двух орудийных башен — три в носу «горкой» и две на корме. Заодно, чтобы получить дополнительное преимущество, «стандартное» водоизмещение «лукаво» довели до 11 тысяч тонн. «Полный» тоннаж стал еще больше, когда завершили проводить модернизации. Впрочем, так «хитрили» все морские державы, и с линкорами, и с крейсерами, желая их сделать чуть сильнее, чем те, что имеются у противника…
— Русские самолеты, сэр! Их много — два десятка!
Адмирал присмотрелся — союзники отправили на помощь целую авиагруппу двухмоторных бомбардировщиков. На этот раз те действовали правильно, сразу разобравшись, где японцы, а где американцы. И начали бомбежку, но теперь чем-то более крупным, похоже на пятисотфунтовые бомбы, которые щедро вываливали на пару отчаянно маневрирующих японских «нати» — высоченные всплески от разрывов взметались в небо выше мачт. Американцы загомонили — каждый из матросов искренне надеялся, что попадут, вот только адмирал знал результат — попасть в маневрирующий корабль с высоты десять тысяч футов невозможно, если только случайно. Или нагнать сотню самолетов, крыло к крылу, эскадрилью за эскадрильей, и разом сбросить смертоносный груз — тогда есть шансы поразить цель парой бомб. Так что когда русские бомбардировщики прекратили безрезультативную атаку, а японцы с таким же итогом отстрелялись по ним, не сбив ни один самолет, МакМоррис увидел невероятное зрелище — японские крейсера развернулись и пошли на юг, явно не выказывая никакого желания продолжать сражение с американским отрядом. А ведь не могли не видеть поврежденный «Солт-Лейк-Сити», и прекрасно понимали, что его нужно добивать, получив прекрасную возможность для этого. И объяснение могло быть одно — видимо, в крейсера попали бомбы, случайно попали, такое бывает, или от близкого разрыва разорвало небронированную обшивку. Можно только гадать, что там случилось, но сейчас нужно «уносить винты», и чем быстрее отряд доберется до Петропавловска, тем будет лучше…
Один из крейсеров типа «Омаха» добрался до Мурманска в 1944 году, где американцы передали «Милуоки» Северному флоту в счет будущего «раздела» союзниками капитулировавшего итальянского флота, и получил имя «Мурманск» По возвращению обратно, корабль тут же поставили под разделку — кому нужны «ветераны» после войны, когда новейших кораблей превеликое множество. Ведь US NAVY по своему совокупному тоннажу на конец 1945 года был больше всех флотов мира вместе взятых…
Глава 24
— Логистика всегда в основе стратегии, Андрей Александрович, хотим мы это учитывать или не желаем, но сие есть данность, без учета которой вести войну как таковую невозможно. А еще есть политическая составляющая войны — и если ее не принимать в расчет, то воевать вообще незачем. Последняя определяется экономическим развитием страны и ее приоритетами, так что если война есть продолжение политики, но иными средствами, то политика это отображение экономических интересов государства в концентрированном виде. И заметь, я в этих формулировках не трогаю идеологическую составляющую — если последняя не является доминирующей, как в религиозных войнах, то является составной частью политики, и, следовательно, экономики. Так что отсюда нам с тобой необходимо исходить, ведь первая часть плана практически выполнена. Подготовительная, так сказать, а теперь начинается ключевая, которая и определит будущее нашей страны. А потому я задам тебе как военный всего один вопрос — каким строительством нашего «Союза» мы тут занимаемся. Декларируемым сейчас «интернациональным принципам», или вульгарным сколачиванием республик исключительно по «этническим» признакам?