– Так я и думал, – хмыкнул Эмбрис. – Не могли вы остаться в стороне.
– Ну как же… – иронично протянул Фил. – Галлий – личный враг отца моей будущей жены. Мы ж с тобой… почти родственники.
– Ах, ну конечно! – картинно развел руками Брис. – Кем ты мне там будешь? Братом?
– Вообще-то зятем. Но пусть и братом. Ты меня в данном качестве вполне устраиваешь, – бросил Филипп, а потом как-то заметно помрачнел и добавил: – Все лучше, чем мой младший недоумок.
Упоминание Эдина, тем более в таком странном ключе, заставило Эмбриса поморщиться. Нет, он знал, что Дамир с братом не ладит, но даже не представлял, чем это может быть обосновано.
– Давно, кстати, спросить хотел, с чего вы так друг друга… недолюбливаете? – поинтересовался он.
– По многим причинам. И я не стану о них говорить. Может быть, позже… но точно не сегодня.
– Ладно, – согласился Брис. – Тогда расскажи, где тебя носило полвечера? Мелкая переживала. Вы поруГаллись?
– Немного, – признался Фил. – Потом, правда, помирились… Но завтра точно снова поругаемся.
– Откуда такая уверенность? – поинтересовался карилец. – Или она что-то опять успела натворить?
– Успела… – протянул Филипп. – И я вместе с ней. Но, наверное, это все-таки к лучшему.
Такие слова заставили Эмбриса всерьез насторожиться.
– Боюсь даже спрашивать, что же вы сделали, потому что ответ мне совершенно точно не понравится, – сказал он, все больше напрягаясь.
– Не понравится, – подтвердил друг. – Но она сама ко мне пришла. В мою комнату… в том самом халатике, который так просто снять…
Брис сглотнул, резко поднялся на ноги и уставился на Филиппа.
– Ты переспал с моей сестрой?! – прорычал он, впервые глядя на сайлирца с настоящей, чистой яростью.
Руки так и чесались разукрасить его наглую физиономию, и, наверное, Эмбрис так бы и поступил, если бы не своевременное появление Терри.
Она вышла на террасу, кутаясь в мягкий плед, и застыла в нескольких метрах от их кресел. Подходить ближе почему-то не стала, будто боялась стать лишней. Но стоило Брису ее заметить, и он мгновенно позабыл, что секунду назад собирался разбить кое-кому его царственное лицо.
– Милая, – заботливо проговорил он, тут же подходя к Терриане. – Тебе плохо? Что-то болит? Голова кружится?
– Нет, – отозвалась она, позволяя себя обнять. – Хотела немного посидеть на воздухе. Но я не буду вам мешать. Пойду прогуляюсь.
– Ты нам не мешаешь, – решительно заявил Филипп, жестом приглашая ее присесть.
Терри благодарно кивнула и уже собиралась опуститься в плетеное кресло, но Брис почему-то решил, что у него на коленях ей будет удобнее.
– Вот скажи, – выпалил он, показывая на Фила. – Откуда он взялся на наши головы?
– Прошу не говорить обо мне в третьем лице, когда я рядом, – бросил обсуждаемый. – И если припомнить факты, то это вы свалились на меня. Ты и твоя сестра. Двое сумасшедших. Жил себе спокойно… и тут вы!
– Ты не был особенно против нашего присутствия, – иронично заметил Брис. – И уж тем более тебя никто не заставлял жениться на Эрлиссе. Я уж не говорю про остальное! Ты, кстати, помнишь, что дал слово все ей рассказать? Осталось совсем мало времени. Сутки… может, чуть больше.
– Утром, – решительно ответил Фил, с несчастным видом глядя на усыпанное звездами небо. Потом грустно усмехнулся и добавил: – Грядет грандиозный скандал. Зная Эрли, могу с уверенностью сказать, что в мою многострадальную голову полетит все, что она сумеет поднять.
Брис коварно усмехнулся, но промолчал. Он тоже не сомневался, что будет именно так. А вот Терри отчего-то нахмурилась. Она знала о взрывном характере Мелкой, но надеялась на лучшее.
– Она поймет, если ты сможешь правильно ей объяснить, – сказала вертийка, глядя на Фила с сочувствием.
– Я бы, может, и попытался, но она же не станет слушать, – отозвался он, глядя на подругу с благодарностью. – Ей обычно хватает просто услышать мое имя, чтобы начать злиться.
– Тогда начни с объяснений, а главное признание оставь на финал разговора. И лучше сделай так, чтобы она к концу твоего рассказа сама обо всем догадалась. Так ей будет проще.
Терри поймала взгляд Фила и ободряюще улыбнулась.
– Мне кажется, она любит тебя, – проговорила задумчиво, чем умудрилась вогнать своего друга в состояние ступора.
Филипп сидел неподвижно, а его сердце, обычно тихое и спокойное, стучало так, будто было готово прямо сейчас разорваться от счастья. Но, увы, он слишком боялся обмануться и не мог поверить, что слова Террианы правдивы.