А та лишь вздохнула и снова погрузилась в раздумья.
Ревность? Возможно. Стоит признать, что она испытывала к Дамиру и светлые чувства. К примеру, внешне он ей очень нравился. Да и не только внешне. А Филипп… Боги, не было никакого Филиппа. Не было! С ней рядом последние месяцы находился именно Деми. Это он жил в одной комнате с ее братом, он просиживал над расчетами для аркартов, его они называли «заучкой». Он успокаивал Лиссу в момент истерики. Он развязывал зубами ленту на ее чулке… И именно с ним она провела чудесную ночь и еще более восхитительное утро. А потом… наговорила ему такого, что теперь противна сама себе.
Но, Боги, что же со всем этим делать?
Вчера Дамир появился только за несколько минут до отправления с острова. Молча проводил ребят на ту же поляну, куда они накануне прибыли, и открыл портал.
– Встретимся завтра, – бросил Брису, обнимающему бледную Терриану.
На Лиссу же и смотреть не стал. Отвернулся, будто вообще не желал ее видеть. И она промолчала, хотя уже тогда была готова извиниться.
В портал он с ними не пошел, в академии в тот день тоже не появился. А ведь Эрлисса ждала…
Вот и сейчас ждет.
– Леди, разрешите мне украсть ее высочество, – обратился знакомый голос к ее притихшим фрейлинам.
Лисса подняла голову и встретилась глазами с Каем.
Он стоял напротив и сдержанно улыбался дочери. Девушки из ее свиты сидели, потупив взоры и прекратив разговоры. Оно и понятно, ведь фрейлины воспринимали отца принцессы как короля, хотя формально лорд Мадели являлся лишь мужем королевы и королевским советником. Разумеется, после свадьбы с Эриол он получил титул принца, но воспринимал его исключительно как незначительное приложение к брачным татуировкам. Даже корону свою надевал раз в жизни, а впоследствии упрямо игнорировал этот атрибут власти.
– Пора, милая, – сказал Кай, протягивая Эрлиссе руку.
И она приняла ее.
И поднялась.
И юбку расправила. Да, сегодня тот редкий день, когда Лисса радовалась роскошному наряду. При всей нелюбви принцессы к подобной одежде платье ей нравилось. Легкое, будто воздушное, небесно-голубое, оно подчеркивало удивительные глаза Лиссы.
По правде говоря, собираясь на новогодний бал, принцесса была настолько взвинчена, так переживала по поводу своего внешнего вида, что позволила сотворить себе сложную прическу. Даже драгоценности сама выбирала – тщательно, почти час. И перед зеркалом крутилась, пока ее Брис за руку не утащил.
Она на самом деле выглядела восхитительно. Но по-прежнему боялась. Чего? Наверное, того, что будущий жених разочаруется в ней еще сильнее.
Кай с гордым видом провел дочь через зал, мимо гостей, мимо танцующих пар и остановился рядом с тронным возвышением, где их уже ждали император Дерилан, его супруга Трилинтия и оба сайлирских принца.
Дамир, в белом парадном мундире, выглядел невероятно притягательным. Особенно шел ему золотой обруч в форме переплетенных ветвей – корона наследника.
И все в кронпринце казалось идеальным. И безупречная осанка, и взгляд – надменный, снисходительный, королевский. И сдержанная улыбка, которой он приветствовал будущих подданных. Вот только на Лиссу не смотрел. Лишь кивнул лорду Мадели и сразу же отвернулся.
– Брис сказал, что вы крупно поруГаллись, – тихо проговорил Кай, наклоняясь к уху дочери.
– Передай Брису, что у него очень длинный язык, – мрачно ответила Эрлисса. Она совершенно не желала, чтобы отец узнал подробности ссоры. А особенно того, что ей предшествовало.
– Не злись, – мягко сказал лорд Мадели. – Твой брат видел, как я переживаю из-за вашей помолвки. Поэтому и решил меня успокоить. Он сказал, что вы… тянетесь друг к другу. Даже предположил, что между вами есть чувства.
– Чушь! – выпалила принцесса, исподлобья поглядывая на отрешенного Дамира.
Да, она бы многое отдала за его любовь. Но увы… Лисса знала, что сердце Деми разбито. А маги, к сожалению, а может, по злой шутке Богов, способны полюбить только раз – и на всю жизнь.
– Брис склонен считать иначе, – возразил Кай. – Но я не стану лезть в ваши отношения и другим не позволю. Разбирайтесь сами.
В этот момент закончилась очередная мелодия, пары остановились, а главный церемониймейстер бала трижды ударил металлическим посохом по полу, призывая гостей к тишине.
Зал стих почти мгновенно, и взгляды приковались к постаменту, где находилась императорская семья. Слухи о том, что на балу наследник престола объявит имя своей будущей супруги, расползлись по городу очень быстро.
– Дамы и господа, – начал Дамир, выступая вперед. – Я счастлив сообщить, что принял решение о помолвке, и его величество Дерилан полностью одобрил мой выбор.