Нехотя, но он все же отпустил ее и даже сделал шаг назад. Она же просто кивнула и поспешила скрыться за дверью. А оказавшись внутри, прижалась спиной к запертой деревянной створке и прикрыла глаза, отчаянно пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Ведь впервые за все время, прошедшее с того злополучного дня, когда она собственными руками угробила свою жизнь, Брис прикоснулся к ней. И пусть банально взял за руку, пусть говорил при этом не самые приятные вещи, но… он находился так близко. И даже за такую мелочь Терри благодарила небеса и всех Светлых Богов.
Маленький, почти незаметный огонек надежды, что едва теплился в душе, теперь стал немножечко больше. Сейчас он был единственным светлым пятном во мраке ее жизни. Давал силы просыпаться по утрам, заставлял есть и пить. И сегодня он стал чуточку сильнее.
Терри давно уже призналась себе: невзирая на пренебрежение, презрение к ней, на его ночные похождения по чужим постелям, несмотря на все случившееся между ними… она все равно любит Бриса. И любовь настолько огромна, что становится страшно.
Наверное, именно это и была истинная плата за предательство – любить больше жизни того, кто никогда не простит.
Едва войдя в первый потайной коридор академии, Доминик Арвайс решительно стянул со своей шеи созданный Кертоном артефакт и сунул во внутренний карман своего удлиненного пиджака. Впереди его ожидала встреча лицом к лицу с человеком, который и так прекрасно знал его тайну, так что прятаться за маской не было никакого смысла.
На самом деле им давно нужно было поговорить, и Брис неоднократно просил Эдина передать брату просьбу о встрече. Но Дамир каждый раз ссылался на занятость и делал вид, что не считает беседу с карильцем срочной необходимостью.
Наверное, если бы не сегодняшнее происшествие, он бы и дальше откладывал разговор. И с какой-то стороны Брис даже мог его понять. Ведь в ночь вечеринки в этих самых подземных коридорах сайлирский кронпринц скомпрометировал совсем не простую девушку, а Эрлиссу Карильскую. И теперь по законам чести Эмбрис, как ее брат, имел полное право предъявить ему претензии. Или сделать еще что похуже.
Но сам Брис прекрасно осознавал, что сейчас он не в том положении, чтобы диктовать свои условия. Ведь они с Мелкой прибыли в Сайлирию неофициально, они прятались за чужими личинами и именами. По сути, Дамир мог легко настоять на том, чтобы близнецы сегодня же покинули Астор-Холт, и был бы прав. Но вместо этого он выставил у палаты Динары усиленную охрану, да и вообще уже неоднократно вытаскивал ее из неприятностей.
Всю дорогу до нужного зала Эмбрис пытался решить, какой линии поведения стоит придерживаться в предстоящей беседе. Он слишком плохо знал Дамира, чтобы даже пытаться предугадать его действия.
Сегодня в знакомом просторном зале царил полумрак, хотя ведущие сюда коридоры оказались освещены так же, как и в прошлый раз. По периметру горело всего несколько магических светильников, что наполняло огромное помещение странным уютом.
Дамира Брис заметил сразу. Сайлирский принц сидел в одном из кресел у камина и с отстраненным выражением лица рассматривал игру языков пламени. Но услышав за спиной звук шагов, он поднялся и повернулся к гостю.
Несколько долгих секунд они просто сверлили друг друга напряженными взглядами. Вероятно, Дамир и сам не знал, как правильнее начать. Но в итоге заговорил первым.
– Проходи, присаживайся, – сказал, указывая на соседнее кресло. А потом выдавил скупую улыбку и добавил: – Спасибо, что пришел.
– Разве я мог отказать? – отозвался Эмбрис, занимая предложенное место и открыто разглядывая собеседника.
Сейчас Дамир выглядел уставшим и по-настоящему опустошенным. Он не прятался за маской вечной холодной царственной невозмутимости, тем самым демонстрируя открытость и готовность говорить откровенно. Сам же Брис пока не был уверен, что может доверять кронпринцу, несмотря на все его заслуги перед Эрлиссой.
– Ты мог просто не прийти, – заметил наследник Сайлирской Империи, видя напряженность своего собеседника. – Это ведь неофициальная встреча. Да и время, мягко говоря, позднее.
– Да после всего, что случилось с Мелкой, я вообще вряд ли сегодня усну, – хмыкнул Эмбрис.
Дамир коротко кивнул и вдруг предложил:
– У меня есть бутылка коньяка. Составишь компанию?
Вопрос стал для карильца неожиданностью. Он-то считал, что предстоит обсудить целый ряд политических вопросов, а также разъяснить все правила их пребывания в академии. И уж точно не предполагал, что ему предложат… выпить.
– И не смотри на меня так, – хмуро усмехнулся Дамир, поднимаясь и доставая из шкафа прозрачный сосуд с янтарной жидкостью и два пузатых металлических кубка. – Не в моих правилах снимать напряжение алкоголем, но сегодня можно.