– Ты прав, – спокойным тоном ответили мне. – Я не человек, а ты не совсем человек. Но между нами и примитивными нет особой разницы.
– Конечно, нет. – облокотившись спиной на холодную стенку, продолжал говорить, пропитывая слова сарказмом. Я словно находился в бреду и говорил всё, что приходить на ум. – Ведь необычные люди, те же люди, только у них самым случайным образом появляются какие-то способности, физические изменения, например, крылья.
На последнем слове, где я совершил заметный акцент, чтобы оповестить учителя о том, что я услышал, как он с кем-то общался по мобильному, но в ответ было мне фырканье.
– Ты слышал, да?
– Слышал. – утвердительно ответил, качнув головой. А вдруг у него на затылке есть глаза и он сейчас внимательно наблюдает за мной? Тогда это ответ на многие вопросы касательно школы, контрольных и самостоятельных работ, потому что у этого «человека» сложно что-то списать.
– Я же сказал, обрезать тебе крылья больше не буду – они растут у тебя быстрее, чем обычно. Обычные обрезают каждые пять лет, а твои же каждые три. – жаловался Константин.
А меня, кажется, любое его слово шокировало всё больше и больше. Он говорил о таких вещах так легко, будто это ежедневный разговор за обедом в английской семье. Да и в общем, говорил Фрим о вещах, которые я, естественно, должен знать. И не просто знать, разбираться в них тоже должен. И это удивляло, поражало и приводило к сильному головокружению, а его, к слову, стал ощущать чётче. Поэтому, при попытки встать с места и попить прохладной воды, я грохнулся, как и говорил преподаватель, только вот на спину, больно ударяясь затылком об выступ на соседней тумбочке, что стояла у противоположной стенки.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов