-Да разнести к чертям… - полководец Рудольф же отличался воинственностью. Хороший военачальник не мог допустить несправедливости. к тому же на шайки Тракта он давно точил зуб. – Кхм, простите, Амос.
Высший Жрец Амос только покачал головою:
-Небо простит тебя, дитя, а меня давно уже такими словами не задеть – мой дух закалён в служении свету!
-Что же вы здесь-то тогда делаете? – настроение Аделы заметно улучшилось. Её всегда забавляло препираться по мелочам с советниками.
Амос не смутился:
-Ваше высочество, я отмаливаю грехи ваших душ!
-Нет никаких грехов, когда дело касается народного благополучия! – огрызнулась принцесса. – Зарубите себе это на носу! Всё во имя блага!
-Во имя блага разнести всё это гнездо! – снова вклинился Рудольф, - честные люди страдают, боятся Тракта. А мы? Мы, которые поклялись защищать народ, мы допуска…
-С другой стороны, - бесцеремонно влез Клод, - торопиться нам некуда.
Совет угрюмо затих. Не проблема покарать Тракт. Проблема в последствиях.
Кто выполнит грязную работу, уничтожив или подставив очередного врага короны или народа? Где проще всего найти шпионов? Кого можно не брать в расчет? Кто наведет порядок на Тракте, не позволив там обосноваться другим, более сильным шайкам? А если Тракт – важнейший торговый путь окажется под контролем соседних земель? А если просто будет захвачен одиночными племенами? Тогда что? Кризис продовольствия и торговли? А где найти наёмников для чего угодно? Где найти нужные, но незаконные артефакты и яды? А где их продать? Всё это незаконно, но во всём этом, так или иначе, заинтересована корона и терять всё из-за какого-то виконта? Ну уж нет!
-Некуда… - соглашается Адела. – Мы без шаек Тракта сильно просядем. Они охраняют некоторые караваны. Наши!
-А может быть, тот виконт погиб не на Тракте? – с надеждой спрашивает Министр Градостроительства.
-На Тракте! – отзывается Рудольф. – Всё же ясно как…
-А вы проверьте ещё раз! Докажите, что не на Тракте,- настаивает Министр Градостроительства. Но тут вмешивается Клод:
-На Тракте. Тут иных вариантов нет.
-Тогда надо думать, - Министр градостроительства заметно грустнеет. Король всё время сидит молча и ждёт от них спасительного решения.
***
Через четверть часа, после небольшого перерыва жернова раскручиваются с новой силой. Клод докладывает:
-Как говорят люди Тракта – это их преступление. Вернее, преступление отступников. Шайка Магнуса устроила переворот, местные разборки привели к тому, что его люди вышли из-под контроля и объявили себя врагами всех соглашений.
-Небо им судья! – вздыхает Амос.
Адела усмехается:
-А нам что с того судейства?
-Магнус, - Клод перехватывает внимание совета, - клятвенно обещает выловить и перерезать всех виновников. Он просит не расторгать соглашений и не напускать армий.
-А они дальше будут нас резать? – Рудольфу всё это не нравится, но он терпит. Таков его долг. Лишь иногда позволяет себе замечания.
-Нам нужно дать права Тракту, - задумчиво молвит Адела. Она давно уже думала над этим, но всё повода не было предложить. А тут как раз к слову. – Пусть устраивают свои суды и контролируют себя, назначат старейшину, вождя…словом, хоть бога пусть выберут! Но они должны быть под нашим контролем. Но наши руки не дотянутся. Да и не знаем мы всех их шайковых сплетений.
-Тут я поддерживаю, - Амос первым поддерживает слова принцессы. – Как свет властвует над королем, как король властвует над народом…
-Да мы поняли! – отмахивается Клод. – Именно сейчас, вот в эту самую минуту весь конфликт может уйти в никуда.
Молчание. Если бы заседали простые люди, то можно было бы сказать, что они думают о несчастном отце – графе Гедеоне и о его сыне. Но заседают люди, на плечах которых благополучие всех сыновей и отцов. Им нет дела до одной человеческой жизни.
-Я тоже согласен, - Министр Градостроительства поднимает руку. – Мы должны следовать общему благу. Нам не нужна резня. Объяви мы разрыв соглашений или заявись с удилищем на Тракт, то получим потери. Большие потери. А у меня стройка Цитадели на носу.
-И с точки зрения казны, - Казначей обычно отмалчивается, но всегда знает, когда заговорить, - исключительно исходя из предположений о налоговых потерях…нам не нужна война.
-Кстати, о потерях! – Адела поворачивается к Казначею, - ну-ка, милый друг, поведай нам, сколько потерял Гедеон?
Казначей покорно шуршит бумагами, затем отвечает:
-Примерно семь мешков белой пшеницы, три мешка солёного мяса, около тысячи золотых монет и полтысячи серебряных, а медяков на две или три сотни.