– Теперь и подходить к этому дому в ночное время жутко, – пожаловался один из стражников. – Там явно нужен врач.
Его товарищи согласно закивали. Другой добавил, доверительно понизив голос:
– Но врача ему не видать. У нашего Ориса огромный зуб на этого бедолагу, а Линку до него и вовсе дела нет… Но я ничего не говорил.
– Нашёл бедолагу, – хмыкнул его товарищ. – Это его расплата за прошлые делишки. Вождь и так отмечает его. И технику, и браслет ему подарили. По мне так лучше бы его и вовсе не привозили на остров. Высыльный одним словом…
– Думаю, Рудин с тобой не согласится! – весело рассмеялись остальные стражники.
Улыбнулся и охотник. Далее разговор перешёл на обыденные темы.
На следующий день Рудин вновь отправился к другу, которого не видел уже пятый день. Он знал, что Марий остался в доме один, но дверь ему не открывали. Неужели хранитель куда-то ушёл или подойти к двери не может? Рудин постучал более настойчиво и заметил, что дверь не заперта. Позвав хозяина, охотник несмело вошёл. Ответа не последовало.
В доме царил страшный беспорядок и погром. Стулья валялись, немногочисленные вещи разбросаны по полу, дверцы шкафчиков раскрыты настежь. В комнате явно что-то искали. Изрезанные завесы частично валялись на полу, частично свисали ошмётками с перекладин. Рудин обвёл взглядом столь безрадостную картину.
– Тоже мне жена, – негромко проворчал охотник, – бросила больного и беспомощного мужа… И где вот он теперь?..
Рудин машинально поднял и поставил рядом валявшийся стул. Подобрал несколько вещей. В комнате стоял полумрак. Рудин подошёл к окну и хотел отдёрнуть штору:
– Не сметь! – послышался не человеческий голос больше похожий на рычание дикого зверя.
Рудин резко обернулся и замер. Марий сидел на полу, забившись в самый дальний угол. Неудивительно, что охотник не заметил его ранее.
– Марий?.. – неуверенно произнёс Рудин, словно сомневаясь, что перед ним его друг.
Охотник хотел подойти, но Марий немного оторвался от стены, и его лицо попало в луч слабого свечения. Рудин замер на месте в ужасе от увиденного. На болезненно-бледном лице хранителя играл лихорадочный румянец. В остекленевших почти чёрных из-за расширенных зрачков глазах горели огни безумия. Взгляд его беспрестанно блуждал, не задерживаясь и, казалось, не замечая окружающего. Руки время от времени хаотично двигались, словно защищая хозяина от невидимой угрозы. Охотник с ужасом распознал в руке хранителя кинжал и поостерёгся подходить ближе к этому человеку.
– Марий, с тобой всё в порядке?
Хранитель заговорил не громко, совершенно не глядя на своего собеседника:
– Мир погряз в разрухе и хаосе. Больше нет настоящей дружбы. Кругом обман и предательство… И мы с тобой достойные частички этого мира… Мы оба убийцы… Проходи, Владан, привыкай к атмосфере. Здесь темно, холодно и никого нет. Прекрасное место для призраков вроде нас с тобой…
Рудин понял, что хранитель перепутал его со стражником:
– Я Рудин… Марий, давай выйдем на улицу. Тебе необходимо подышать свежим воздухом… – встревоженно произнёс охотник.
– Мы с тобой уже давно мертвы. Только ты этого упорно не хочешь замечать…
– Давай тогда хоть окна откроем и дверь. Хорошо проветрим…
– Кто здесь?! – внезапно воскликнул Марий, что Рудин невольно вздрогнул и отшатнулся. – Кто нарушает сон мёртвых?!
Кажется, хранитель только сейчас заметил своего гостя и удивлённо взглянул на него:
– Рудин? Я не слышал, когда ты пришёл. Скоро вернётся Гдана…
– Марий, я желаю тебе добра. Я вижу, что с тобой происходит, но избавиться от всего этого ты можешь только одним способом. Так найди в себе силы, друг мой, уничтожить проблему, убивающую тебя!
Марий заговорил с воодушевлением, распаляясь с каждым словом. Его взгляд вновь потерял собеседника, глаза светились безумием, на губах заиграла улыбка:
– Да, ты прав! Владан отнял у меня всё… Моих родителей… Моих жену и ребёнка… прошлое и будущее… Он ответит и не только передо мной… Все узнают о его преступлении… Я его уничтожу!
Хранитель внезапно замолчал и сник:
– Скоро вернётся Гдана… – чуть слышно прошептал он.
Обхватив колени руками и поникнув головой Марий разрыдался. Рудин хотел подойти, но Марий по-прежнему судорожно сжимал в руке кинжал. Немного постояв, охотник покинул дом.