Столберг потратил два часа на то, чтобы из этого большого числа вычленить 212 фирм и владельцев, которых он знал лично, что не было странным, ибо сильные мира сего часто общаются не только по своим предпринимательским или финансовым делам. В Америке находилось 114 таких фирм и крупных частных владельца, в Европе — 62 и а Азии — 36. Затем, позвонив в Даллас и связавшись с Джоном Маккоем, он сказал:
— Джон, к тебе срочно вылетает мой советник Стоун. Срочно готовь маршруты. Через три часа он будет у тебя. Успеха тебе.
Маккою стало понятно, что Стоун везет срочную и объемную информацию от Столберга, которую немедленно нужно с курьерами передать всем членам Цюрихской восьмерки. Его помощники немедленно связались с аэропортом и уточнили время вылета самолетов в Кельн — к Шмидту, в Париж — к Аллену Дюпре, в Москву — к Юрию Смирнову. Воздушного сообщения с Ираком и Ливией у США не было, поэтому Маккой срочно связался с Цюрихом и через абонента передал по шифратору сообщения Фуаду Берази в Триполи и Саддаму Масуду в Багдад о том, что завтра в 16 часов в Каире, в отеле “Гранд Мариотти” их будет ждать его курьер со сверхсрочной информацией. Он решил направить в Каир свой личный самолет. Предупредительные звонки он сделал и остальным.
Целью Столберга было снабдить членов Цюрихской восьмерки информацией о наиболее крупных владельцах акций четырех крупнейших фирм США, чтобы они, выбрав из нее тех, кого знают лично, могли подключить к продаже этих акции своих знакомых, в понедельник, 10 апреля.
Дав конкретные поручения своим шести ближайшим помощникам и заместителям по работе предстоящей в понедельник для корпорации и ее филиалов, Столберг, отпустив всех, засел за разработку конкретного плана по 212 фирмам, держателям крупных пакетов акций “Дженерал электрик”, “Майкрософт”, “Кока-кола”, и “Америкэн Стар электронике”, которых он знал лично. Через два с половиной часа он рассортировал все компании и владельцев на группы по континентам, странам и часовым поясам.
Было уже 2 часа 15 минут ночи 8-го апреля. Столберг уже неделю как отправил семью в Европу и последние пять дней почти не бывая дома, жил в служебной квартире, примыкавшей к его кабинету. Так было удобно. Не тратилось время на поездки домой и обратно на работу. Но главное это то, что под рукой была вся компьютерная мощь корпорации. Чтобы снять сонливость, он прошел в свою квартиру, состоящую из большой гостиной, совмещенной с кухней, спальни, кабинета и просторной ванной с санузлом.
Приняв холодный душ и растеревшись белым мохнатым полотенцем, он напрочь прогнал остатки сонливости и вялости. Затем, переодевшись, прошел в гостиную, сделал шесть бутербродов с ветчиной и, заварив большой кофейник кофе, вернулся в свои деловые апартаменты. Несмотря на глубокую ночь за окном, Нью-Йорк переливался и сверкал неоновыми огнями реклам. Огромный мегаполис жил своей ночной жизнью, не подозревая, что стоит на пороге невиданного еще апокалипсиса.
Быстро перекусив и выпив две чашки кофе, Столберг сел за рабочий стол. Все, что задумал президент корпорации “Трейд Билдипг корпорейшн”, преследовалось по закону. Комиссия Конгресса по ценным бумагам, докопавшись до исполнителя этой операции, упекла бы его за решетку лет на пятьдесят. Поэтому Столберг проявлял максимальную осторожность. По его заданию на него вывели 12 телефонных линий тех загородных домов, хозяева которых находились сейчас далеко от Нью-Йорка. Через эти номера Столберг и решил обзвонить руководителей отобранных им 212 фирм и владельцев акций четырех гигантов экономики Америки, которых он знал лично или был неплохо знаком по общим делам. Было 3 часа 40 минут ночи, когда он сделал первый звонок.
Из 212 фирм и владельцев акций, с которыми он должен был связаться, 36 находились в Азии — в Гонконге, Японии, Таиланде, Китае, Филиппинах и Индонезии. В Европе было 62 таких фирм и владельцы в девяти странах и в Америке — 114. Начал он с Азии, так как там в это время было 18 часов субботы, 8-го апреля, самое блаженное время уикенда. Он потратил более 4-х часов, чтобы переговорить со всеми, с кем наметил по азиатскому региону.
Завершив эту работу по Азии около 8 часов утра, он заварил еще кофе и, выпив несколько чашек, принялся за Европу. Там в это время был полдень. Тяжелая шестичасовая работа по разговорам с европейскими абонентами завершилась только к 15 часам. Голова гудела, как медный колокол. Столберг понял, что если он не поспит несколько часов, он не выдержит телефонного марафона по американским владельцам и может сорвать весь план. Он не пошел в спальню, боясь расслабиться окончательно и не среагировать на подъем в нужный момент и поэтому расположился на диване в кабинете, заведя два будильника на девятнадцать часов.