Корчак разжал губы, чтобы спросить:
— Что вы тут делаете?
Это был глупый вопрос. Главарь так его и воспринял, слегка усмехнувшись.
— Тебя ждали.
— Откуда вы знали, что я приеду?
— Ты же не бросишь такие хоромы, верно? И в бега не подашься с семьей. Некуда тебе деваться, Игнат.
Услышав свое имя, Корчак слегка нахмурился:
— А ты кто?
— Думаю, ты уже догадался, — сказал главарь. — Я Вальтер. Тот самый. Непонятки у нас. Вот решил переговорить.
— Нет у нас никаких непоняток. Все предельно ясно.
— Тем лучше, — кивнул Вальтер. — Если тебе ясно, то плати. А то, что было, забудем. Проедем.
— Какой ты добрый, — протянул Корчак. — Только почему я тебе должен платить?
— Потому что без моего согласия ни один серьезный бизнес в этом городе крутиться не будет, — пояснил Вальтер как нечто само собой разумеющееся.
— Когда это ты королем стал?
— Когда меня короновали.
Разумеется, Корчак слышал этот термин. Однако Вальтер не походил на воровского авторитета. Даже его кличка вызывала военные ассоциации, а не бандитские. Как и его окружение. Те парни, которых парили в сауне, и те, которые сидели сейчас в квартире Корчака, может, и были приблатненными, но не блатными. Они не использовали настоящий воровской жаргон, не ботали по фене.
— Что, если я откажусь? — спросил Корчак. — Опять клуб громить станешь?
— Посмотрим, — ответил Вальтер невозмутимо. — Тебя заранее извещать не стану.
Появилось ощущение, что в комнате начало нагнетаться напряжение. Как будто неведомый генератор включили.
— Я тоже посмотрю, — сказал Корчак. — Возьму и закрою клубы. Под охрану поставлю.
— Бабло где брать станешь? — поинтересовался Вальтер, щурясь.
— А ты? Тебе тоже не перепадет с моего стола.
— Я не крохобор. Возьму с других.
— Меня другие не колышут, — произнес Корчак медленно. — Я за себя отвечаю. Закроюсь на хрен и подожду, пока ты не исчезнешь с горизонта.
— Такие, как я, не исчезают, — предупредил Вальтер. — Не придумывай себе того, чего нет и не будет. Давай посмотрим на вещи реально. Я один в городе хозяин. Никто тебя не прикроет, Игнат. Я бы и рад тебе простить, но не могу. Другие тоже упрутся. Непорядок. Я просто вынужден тебя дожать. По-любому.
— Не дожмешь, — сказал Корчак. — Даже не пробуй.
Вальтер подвигал челюстями, как бы готовя слюну для плевка, но не сплюнул, а сказал:
— Насколько я понимаю, решение окончательное. Время на раздумья тебе не требуется?
— Нет, — отрезал Корчак. — Не требуется.
— Смотри, спохватишься, поздно будет.
— Будет так будет.
— Я не остановлюсь, — предупредил Вальтер, поднимаясь с дивана.
Подручные тоже встали и выдвинулись вперед на тот случай, если строптивого бизнесмена придется усмирять. Вальтер прошел мимо Корчака, разминувшись с ним на какой-нибудь сантиметр или даже меньше. Остановившись у двери, он обернулся:
— Больше меня не ищи. Разговоры закончились.
— У меня к тебе встречное предложение, — произнес Корчак.
Лоб Вальтера пошел морщинами.
— Ну?
— Оставь меня в покое. Совсем. Я ни под кого не прогибался и под тебя не прогнусь.
— Посмотрим. Память у тебя хорошая?
— А что?
— Сейчас я тебе номер своей мобилы продиктую. Позвони, если вдруг передумаешь.
— Не передумаю! — заявил Корчак.
— Диктую, — предупредил Вальтер. — Запоминай. Не запомнишь — жалеть будешь. Это твой единственный шанс. Другим я его не даю.
Телефонный номер прозвучал всего один раз. Дверь захлопнулась. Корчак сделал несколько шагов вслед ушедшим. Ему пришло в голову, что бандитов нельзя отпускать. Как бы он ни храбрился, но понимал, что люди вроде Вальтера угроз на ветер не бросают. Но как его остановишь, когда с ним двое и они наверняка вооружены? Погибнув, Корчак бросит на произвол близких. Оставалось только обуздать себя и надеяться, что люди Левченко сработают быстрее, чем бандиты осуществят угрозы.
Чувствуя, как его покидают силы, Корчак подошел к дивану, но не смог заставить себя сесть. Намерение вызывало реальное физическое отвращение. Вальтер своей задницей осквернил почти священный, культовый предмет домашней обстановки, на котором было проведено столько уютных семейных вечеров. Корчак широким шагом направился в кухню, взял там нож и уже был готов вернуться, когда представил себе, как отреагируют домашние, когда увидят диван с содранной обивкой. Он отыскал моющее средство, наполнил ведро мыльной водой, вооружился щеткой и потратил добрых полчаса на отмывание не только подушек, но также спинки и даже подлокотников. Затем, оставив диван сохнуть, он взял Ванин планшет, сложил в сумку вещи, заказанные Эльзой, и покинул квартиру.