— Такое не забывается, — торжественно провозгласил Левченко, сочтя повод достаточным для того, чтобы открыть еще одну бутылку.
— Погоди, — остановил его Корчак. — Я сам. Дай сюда штопор. А ты позвони мне.
Он занялся бутылкой, неуклюже ворочая ее и переставляя с места на место.
— Осторожно! — попросила Оксана. — Сервиз немецкий, девятнадцатого века еще.
— Не волнуйся, — сказал Корчак и звякнул стеклом о стекло. — Пардон. — Убрав бутылку со стола, он установил ее на полу и зажал ступнями, чтобы потянуть за штопор. — Упс!
Бутылка покатилась под стол. Корчак изобразил готовность лезть за ней и покачнулся.
— Я сама! — поспешно предупредила Оксана.
— Сиди, — остановил ее Левченко. — Я достану.
Однако она не послушалась, так что они наклонились одновременно. Корчак молниеносно поменял мобильники местами. Теперь нужно было уходить как можно скорее, пока подлог не обнаружился.
— Ребята, — слабо произнес Корчак, — мне на воздух нужно. Я пас. Мне на улицу нужно.
Для убедительности он оперся на стул и едва не опрокинул его, а потом взялся за горло и сделал судорожное движение ртом.
— Лев! — испугалась Оксана. — Что ты сидишь? Не видишь, человеку плохо!
Отставив бутылку, Левченко поспешил на помощь.
— Я сам, сам, — пробормотал Корчак, но позволил довести себя до прихожей, где неловко, но тем не менее достаточно быстро оделся и обулся.
— Может, посидишь? — предложила Оксана с несчастным видом.
— На воздух! — воскликнул Корчак. — Прошу прощения. Перебор.
Не тратя лишних слов, он вызвал лифт, махнул рукой и поехал вниз. Сердце радостно билось. Хитрость удалась! Он получил в свое распоряжение мобильный телефон, набитый секретами и полезной информацией. Это была невероятно ценная добыча.
На ходу Корчак глубоко дышал, чтобы выветрить алкогольные пары, но это не очень помогало. Все же выпито было немало. Возможно, даже больше, чем требовалось для того, чтобы убедительно изобразить опьянение.
Когда Корчак сел в машину, телефон приглушенно зазвонил. Дисплей высветил номер самого Корчака. Все понятно. Левченко наконец заметил пропажу собственного телефона.
— Ты звонишь, а я не слышу, — пробормотал Корчак, включая зажигание. — Я ведь пьяный, ты не забыл?
Мобильник зазвонил снова. Корчак повел «крайслер» по улице, всматриваясь в переливающиеся и расплывающиеся огни большого города. Час был еще не очень поздний, движение оставалось довольно оживленным. Корчак поборол искушение обогнать ползущий впереди троллейбус.
— Не нарывайся, — сказал он себе. — Веди себя прилично. Не испытывай судьбу.
«Правильно!» — пискнул мышонок из кармана.
Опять он получил право голоса. Это все потому, что хозяин нарезался.
— Ты молчи, Бэтмен, — велел Корчак. — Нам нельзя разговаривать, понимаешь? Это будет означать, что я рехнулся. А мне необходимо сохранять ясность ума. Потому что я должен найти твою настоящую хозяйку и остальных.
Мышонок проникся и умолк. Зато мобильник продолжал урчать и верещать, возмущаясь, что на него не обращают внимания.
— Звони, Лев, звони, — усмехнулся Корчак. — И переживай посильнее. Может, тебя кондрашка хватит? Нет, ты нужен мне здоровый и в полном сознании. Чтобы все понимал и чувствовал, когда я тебя убивать буду.
Оставив машину на улице, Корчак пошел к дому, ставшему его временным пристанищем. Он не опасался слежки и нападения. Лишившись телефона, Левченко не имел возможности связаться с бандитами. Даже если он помнил номер Вальтера на память, тот все равно не ответил бы на звонок с незнакомого телефона.
Корчак испытывал терпение Левченко еще минут десять, пока делал покупки в соседнем магазинчике. Потом, напившись воды, принял вызов и сонно промямлил:
— Кто это?
— Игнат! — заорал Левченко. — Наконец-то! Почему не отвечаешь?
— Ты кто?
— Лев! Лев я! Ты телефон мой прихватил.
— Не, у меня мой, — выговорил Корчак, старательно имитируя нетвердую речь пьяного человека. — Ты же на него звонишь, Левчик.
— Я на свой звоню! — выкрикнул Левченко.
— Как же ты можешь звонить на свой, если я тебе отвечаю? Что-то ты, братец, путаешь. Здорово же мы с тобой наквасились.
— Так, мне не до шуток, Игнат. Мне мой телефон нужен. Срочно. Ты где? Скажи, я подъеду.
— Не подъедешь. — Корчак делано зевнул. — Я адреса не знаю. Это не моя квартира. Короче, завтра свяжемся. Я баиньки.
Он еще раз зевнул и выключил мобильник. На некоторое время Левченко успокоился. И время это требовалось потратить с пользой.