Я вздохнула:
- Я попытаюсь. Но это будет нелегко.
Она улыбнулась.
- Я в тебя абсолютно верю, Ангел.
Несмотря на цель её утверждения, я всё-таки лучше себя не почувствовала.
Миллисент вернулась достаточно скоро, везя серебряную тележку, на которой позвякивали чайные чашки, которые подпрыгивали, когда колёсики тележки переезжали от одного коврика к другому.
Остановив телегу недалеко от нас, она начала разливать чай и вручать нам чашки из тонкого фарфора, с тёмной, кружащейся в воде заваркой.
Корина сделала маленький глоток и одобрительно улыбнулась. Я, в свою очередь, тоже сделала глоток, но этот вкус чая не смог смыть ощущения желчи в моём горле.
Довольная молчаливым одобрением Корины, Миллисент налила и себе чашечку, а затем села в кресло по другую сторону от камина. Падлс быстро вскочил на её просторные колени и начал лакать чай, повизгивая от удовольствия.
- Итак, - сказала Миллисент после того, как убрала свой чай подальше от Падлса и быстро допила его, даже не задумавшись о том, как это должно было выглядеть со стороны, - что привело вас сюда, Корина? Здесь нет, конечно, пейзажей. Или добрых людей, - последнюю фразу она сказала с заметной дрожью.
- Моя племянница, - коротко ответила Корина.
Брови Миллисент удивлённо поднялись. Мои тоже не остались на месте.
- А?
- Да. Тайлер очень любит свою семью, но, боюсь, в последнее время им стало несколько тяжело быть с ней, - она наклонилась ближе к Миллисент, как будто доверяла ей самую сокровенную и страшную тайну. - Сбежала прямо с алтаря. Мой брат убит горем. Просто убит горем.
- О, это так печально, - ответила Миллисент, сочувствующе кивая головой и посмотрев на меня так, словно у меня только что выросли клыки, как у вампира, и я собиралась её укусить. - Однако он справляется с этим горем?
- Боюсь, не очень успешно. Её мать заболела, как этого и следовало ожидать, и всё, что он может делать, это уговаривать её по утрам вставать с кровати. У них было столько надежд на этот брак. Это был бы идеальный брак. Идеальная пара, знаете ли.
- Имеются ли виды ещё на кого-нибудь?
- О нет, нет, - она обратилась ко мне и улыбнулась. - Тайлер всегда была немного упрямой. В наше время много таких детей, независимо от того, сколько любви и наставлений дают им их родители.
- Это очевидно, - добавила Миллисент с видом всемогущего Бога.
- Хорошо, если дело в этом. Она заявила - как вам это нравится? - что хочет сначала увидеть мир, прежде чем осесть где-то на одном месте и стать прилежной женой преуспевающего молодого человека. Я тоже была когда-то молодой и могла бы понять ее желания. Если бы не узнала позже, что это были за желания.
Миллисент снова посмотрела в мою сторону и её лицо приняло то самое кислое выражение, которое я просто не переваривала.
Корина улыбнулась:
- Вижу, вы уже встречались с ней.
- Разумеется не для того, чтобы поговорить,- ответила надменным тоном Миллисент. - Так, мимо проходила.
Крайне примитивна и без всякого намека на благочестивость.
- Да , но у нее есть особой дар, магнетизм, который притягивает таких молоденьких девочек, как Тайлер. Даже я ненадолго поддалась на это.
- Правда?
- О да. У неё есть власть. Власть, данная демонами, но, тем не менее, всё-таки власть. И, не имея того опыта, который есть у нас с вами, бедная Тайлер была просто бессильна против такого внимания со стороны. Иногда это случается даже с лучшими из нас.
- Они их совращают в свои ряды - опять авторитетно заявила Миллисент. Она снова посмотрела на меня, внимательно оглядев меня с головы до ног. - И ваша племянница - как раз тот тип девушки, на который они так любят охотиться. Молодая. Невинная. Слегка привлекательная.
Лишь быстро сжавшая моё запястье рука Корины остановила меня от того, чтобы вырвать у этой женщины язык и швырнуть его в неё.
- Серьёзно? Я нахожу её весьма привлекательной. Она даже немного напоминает мне меня в молодости.
- О, я не хотела вас обидеть, Корина, - торопливо сказала Миллисент, не желая потерять расположения Корины, без сомнения. - Очень удивительно такое сходство в семье, насколько я могу судить. Очень удивительно. При другом освещении вас вообще можно было бы принять за сестёр.
Нет, тут определенно паслось стадо коров!
Корина улыбнулась, как будто этот комплимент был чистой правдой.
- Вы очень любезны, Миллисент, - вздохнула она. - Одна из самых печальных истин жизни - это то, что возраст изменяет внешность. Я использую все известные мне средства, чтобы отсрочить эти изменения на максимальный срок.