А что ещё писать по выходным?)
Дела насущные
Насущные дела.
Как в анекдоте,
Где про больного и уход врача
(Чем дальше врач уйдёт…
На этой ноте
Итоге подведя и обобща –
Закончим).
Что ж.
Проведена неделя
В трудах, заботах. Как обычно впрок.
Куда там, скажем, барышне кисейной!
Жизнь не стоит — всё делать нужно в срок.
(И тем не менее они приятны глазу –
Те барышни, что выше парой строк.
Кладя кирпич, не посмотреть не разу –
Немыслимо.
Но уж о том — молчок).
Волшебные сны (почти ода)
(Какие сны — страниц на пятьдесят…
Да что же я — конечно же томов!)
Так здорово, что все на свете спят
И к ним приходит древняя любовь –
Миг отдыха бушующей земли –
Законченность.
Очередная точка.
Когда всё, что закончить не смогли,
Прошепчет ласково: "пожалуй, мне не срочно.
Поспи, мой милый, завтра новый день –
Дай отдыха уставшему сознанью".
И накрывает призрачная тень,
Приоткрывая сказочные страны.
Под пологом тиши и темноты
Под древним, очень древним одеялом
Закрой глаза — и всё увидишь ты
В таинственной стране заокеанной.
Рассвет и мысли
Ах, кофе, кофе! Как я без тебя!
Усну, уткнувшись в спинку стула,
Не дожидаясь смены караула
Грядущего светлеющего дня.
Рассвет застал.
…И чайник закипает
И столько планов (выполнить бы все!)
Как минотавра, милый друг Тесей,
В огромном лабиринте, забывает,
Лишь выйдя. В тот же самый час.
Вот так и я.
Забыты все тревоги.
Я на пороге дня, я на дороге
Как (так давно, как) в самый первый раз!..
(И вот вопрос: причём тут был мой кофе?..)
Чтобы люди не забыли!
Кто придумывал жар-птицу –
Вероятно подсмотрели
У восхода,
у капели,
У пастушечьей свирели,
У юрка и у синицы, –
И явилась чудо-птица
Цвета пламени восхода.
Раз за разом, год от года
Мир подлунный освещает
Беспокойными ночами.
Будто солнце, будто песня.
Чтобы было интересней
И придумали жар-птицу –
Через сумрак проводницу.
И девицу;
И волчицу;
И заветную вещицу…
Чтобы сказка!
Чтобы былью!
Чтобы люди не забыли!
Февраль. Ближе к весне
Почти зима.
Но в окончаньи. Тает.
Вот также распускаются цветы –
Как белый снег привычной красоты
Сегодняшний асфальт перекрывает.
Всё замело.
Негаданно, нежданно.
Блестящей белой крошкой — порошком
Мельчайший снег полночи шёл тайком
На удивленье вставшим очень рано.
Скрипят машины, чистятся дороги,
Лежит слегка поблёскивая снег.
Поёжившись, проснулся человек,
Засунул в тапочки озябнувшие ноги,
Прошёл в уборную.
Зажёгся в кухне свет.
Всё огляделось ещё сонным взглядом…
…И, кутаясь плотнее в одеяло,
В медведя обращался человек,
Уснувшего до времени в берлоге.
Начинающий художник. Кадры
Кадр первый:
Золотая луна –
Середина желтка;
Вкруг неё облака
И парящие птицы.
Тени пальм,
Сонный брег,
Лёгкой лодочки бег.
Лучше поздно, чем не возвратиться.
Гладь воды, будто снег –
Кем-то сложенный свет
В толще прожитых лет,
Перечитанных старых страницах.
Золотая луна.
А вокруг тишина.
"Лучше поздно…"
Парящие птицы.
Кадр второй:
Малиновый закат. И арка.
Силуэты.
Заходит солнце. Завершая круг,
Продолжит путь невидимым и где-то,
Чтобы пройдя
и возвратившись вдруг
Исполнить чью-нибудь заветную мечту.
"Да, я уйду,
Но к вам вернувшись вскоре,
Я буду тем же. На горе и в море,
Среди лугов и в маленьком оконце.
Уйду, чтобы вернуться".
Ваше солнце.
Кадр третий:
Переминается привязанный верблюд.
Скрипит верёвка. Крепко держит ветка.
"Ах, если б…"
Ноги сами понесут
Летя вперегонки с горячим ветром.
"Ах, если б только…"
Марево и зной.
И скряга-саксаул не отпускает