спина не стала жесткой.
Она не обрадовалась тому, что он привел домой извращенца.
– Уильям… – начала она, когда он повернулся к Тейту, чтобы проверить его.
Логан заметил, как она подходила к сыну, будто он незнакомец. Затем она
остановилась и повернула голову в его сторону, чтобы придавить его красноречивым
взглядом.
Отвращение, направленное на него, было настолько неистовым, с каким Логан еще
ни разу в жизни не сталкивался, и даже несмотря на то, что он клялся, что не станет
принимать это близко к сердцу, он не смог.
– Мам, – произнес Тейт, снова завладевая ее вниманием.
– Я же говорила тебе, не приводить его сюда, – выплюнула она, сжав руки по бокам.
«Вау»
– Его зовут Логан.
Она даже не удостоила его повторным взглядом и ответила настолько холодным
голосом, что Логан просто удивился, как от этого Тейт не превратился в человеческую
сосульку.
– Мне плевать, как его зовут.
– Мам! – крикнул Тейт, очевидно, шокированный ее грубостью.
– Тейт, все нормально, – отозвался он.
Какое ему дело, что она не желала признавать его существования? Ничуть не хуже
того, как делал его собственный отец, пока был жив.
– Не называй его так, – сказала она, наконец, встав перед ним. – Его зовут Уильям.
Логан прикусил язык так сильно, что мог бы поклясться, что ощутил привкус крови.
Он стоял и пытался напомнить себе, что ему, как взрослому, нужно проявлять
уважение к старшему поколению, но подходило ли это в данном случае, если это старшее
поколение было грубым, невежественным…
– Хватить грубить, – ответил за него Тейт.
Логан отступил на шаг назад, не желая находиться поблизости, когда ситуация
становилась неуправляемой. Эту женщину просто колотило от ярости, и вся она была
направлена на него.
– Как ты смеешь так разговаривать со мной.
– Я? Ты – единственная ведешь себя так, будто я привел домой убийцу, – выплюнул
Тейт, и Логан заметил, как тот сложил по бокам руки в кулаки.
Ее голова метнулась к сыну, когда она объявила:
– С тебя бы сталось.
– Что ты сказала? – переспросил Тейт.
Миссис Моррисон перевела взгляд на Логана, как будто он действительно мог
совершить самые ужасные преступления, а потом снова посмотрела на Тейта.
– Я не желаю видеть его в своем доме. Он забрал то, что всегда было правильным и
чистым, и…
– И что? – окончательно взорвался Тейт. – Что он сделал со мной, с твоим
правильным и чистым сыном? Мне почти тридцать, ради всего святого! Я развелся,
потому что женился на женщине, которой становилось скучно, и она сваливала куда–
нибудь, пока я ходил на две работы. Но она все равно сидит рядом с тобой в церкви и
приходит сюда на долбаный воскресный обед!
В гостиной было настолько взрывоопасно, что Логану было страшно вдохнуть, но
краем глаза он заметил, как поднялся отец Тейта. Он никогда не видел Тейта в таком
бешенстве. Они достаточно спорили с ним, но никогда так. Вспыльчивость Тейта взяла
над ним верх.
– Он ничего вам не сделал. Он даже поздороваться не успел, а вы обращаетесь с ним
так, будто у него чума. Поверить не могу, что вы ведете себя так.
– А я не могу поверить, что у тебя сексуальные отношения с мужчиной и ты привел
его на обед к нам, как будто для нас это нормально! Что мы разделим пищу с этим…этим
гомосексуалистом.
«Вот он – момент истины»
Это был поворотный момент либо в отрицание, либо в согласие, и Логан ощутил,
как вспотели его ладони, пока он ждал ответа Тейта.
В комнате было так тихо, что можно было услышать стук капель воды.
Взгляд Логана перешел на остальных зрителей, пока не достиг отца Тейта. Он замер
у дивана, но теперь следил настороженным взглядом за ним – взглядом Тейта. Здесь,
прямо перед ним была практически идентичная копия Тейта на двадцать лет старше. И это
обескураживало.
– Невероятно, – пробормотал Тейт, прежде чем рассмеяться.
Это был странный, лишенный веселья звук, который Логан никогда больше не
хотел слышать после сегодняшнего дня. Это был звук чего–то треснувшего,