Напряжена в моих объятиях, но дрожь постепенно проходит. Молча стоим и смотрим, как ливень сквозь весеннее солнце омывает город. В небе появляется радуга.
Я не жду, что она в раз проникнется ко мне симпатией, и вдруг вокруг нас появятся розовые замки. Ей нужен лучший, заботливый мужчина, а не черствый озлобленный медик, который вечно всем недоволен.
Словно читая мои мысли, она поворачивается ко мне, хмуро сведя брови смотрит на меня.
— Не нравлюсь?
— Нравишься, в этом и проблема.
Глава 7 - Не давать продолжение
Мы шли молча. Гроза отбушевала, оставив после себя чистый, влажный, наполненный озоном воздух, в котором каждое дерево, каждый листок сиял первозданной чистотой. Влажный асфальт отражал зажжённые в вечерних сумерках фонари, превращая улицу в таинственное зеркало. Я куталась в его куртку, всё ещё хранившую его запах — кожи, дождя и чего-то брутально-мужского, что не поддавалось определению.
И шла я за ним, как загипнотизированная, совершенно забыв, что мой дом — в совершенно другой стороне. Мозг отключился, уступив пространство хаосу чувств: остаточному стыду из маршрутки, электричеству от его прикосновений под дождём и странному, щемящему спокойствию рядом с ним.
Мы вышли к больнице, где так неловко слусилась наша первая встреча.
— Так куда тебе? — он остановился и обернулся, его брови удивлённо поползли вверх.
— Я… — я оглянулась, словно впервые видя округу. Чёрт. Действительно, куда? Я всё ещё не могу нормально ориентироваться в новом городе. — Я, наверное, не туда повернула. мой пункт назначения точно не больница.
— Да уж, — он усмехнулся, но беззлобно. — Говори адрес, вызову такси.
И тут мой взгляд упал на мотоцикл — «Харлей», гордо и одиноко стоявший на парковке. Я почувствовала, что он принадлежит Диме. Он был точным отражением своего хозяина — жёсткий, блестящий, с явным характером. Мои ноги сами понесли меня к нему. Дима последовал за мной.
Я подошла и коснулась рукой прохладного бензинового бака. Пальцы сами провели по кожаному сиденью, ощущая швы. В груди что-то ёкнуло — знакомое, острое, как игла. Страх и восторг. Пьянящее чувство скорости, свободы, полёта, которое я похоронила вместе со своим первым мужчиной, первой любовью. Ощущение, от которого я бежала вот уже два года.
— Хочешь покататься? — его голос прозвучал прямо над ухом. Он подошёл так близко, что я снова почувствовала его тепло.
«Хочу», — кричало внутри меня всё существо. Один поворот ключа — и можно умчаться, оставив позади все больницы, все диагнозы, всю боль. Испытать снова тот восторг, что почти убил меня.
Но я посмотрела на его руки, лежавшие на руле. Сильные, с длинными пальцами. Эти руки сегодня были то грубыми, то неожиданно нежными. А потом я увидела в памяти другое — асфальт, осколки, искореженный металл и… нет, не надо.
Я отшатнулась, как от огня.
— Нет.
— Боишься? — в его голосе не было насмешки, только любопытство.
— Нет. Просто принцип. Без шлема не поеду, — выдохнула я, отводя взгляд. Сказать «я боюсь» было бы неправдой. Чувство, возникшее во всём моём теле, было гораздо сильнее страха, мощнее. Но признаться в этом — значит обнажить старую рану, позволить ему заглянуть туда, куда я никого не пускаю.
Он не стал спорить, уговаривать, доказывать, что с ним безопасно. Он просто медленно кивнул, его взгляд стал каким-то отстранённым, будто он что-то понял.
— Хороший принцип, — тихо сказал он.
В этих словах не было злости, только принятие. И окончательность. Он понял, что дверь захлопнулась. И даже не попытался её открыть. Я благодарна ему за этот шаг, хоть мне и грустно завершать вечер на такой ноте.
Он достал телефон, вызвал такси. Мы стояли в метре друг от друга. Иррациональное желание близости, прикосновений вызывало чувство вины. Я отгоняла эти мысли прочь. Пусть нахлынут потом, когда я буду одна и смогу немного выпустить пар.
Я сняла его косуху и протянула. Он взял её, наши пальцы едва коснулись. Искра снова пробежала по моему телу, наполняя грудь давно забытым чувством.
— Спасибо за… всё, — прошептала я, глядя себе под ноги.
— Не за что, — его голос снова стал глухим и жёстким, как во время нашей первой встречи в больнице. Он отдалился, снова надев свой главный защитный панцирь.
Подъехало такси. Дверь захлопнулась с глухим звуком, отделяя меня от него и этого необычного вечера. Машина тронулась. Я не обернулась, не посмотрела на него в окно. Не попрощалась. Я сидела с прямой спиной, глотая ком в горле и понимая, что это конец. И мы не допустим, чтобы это повторилось, получило развитие. Нам нельзя давать продолжения этой истории.