- Здесь твой факультет есть, можешь документы подать, комиссия еще принимает. Институт, хоть и новый, далеко пойдет, декан хороший и своих студентов любит.
- А ты где учишься?
Может мне повезет, и мы окажемся в одной группе? Я даже не хотела обдумывать, почему меня так тянет к этому парню, почему я хочу быть рядом с ним, мы ведь едва знакомы.
- Я не учусь, у меня пока академический отпуск. – Грустно улыбнувшись, ответил Паша.
Ну вот, полное разочарование.
Мы вернулись тем же путем, к мосту. Странное дело, Паша почти не разговаривал в городе, отвечал односложно. Даже деньги за проезд передал через меня, ни слова не сказав кондуктору. А в лесу словно ожил, рассказывал смешные истории, интересные моменты из разных эпох, я такого даже не читала, хотя историю люблю.
Паша расспрашивал про мою студенческую жизнь с таким любопытством, что я вспомнила как это здорово – учиться! Заметив мой настрой, он стал давать советы для поступления, как если бы я уже несла документы в институт. Хотя может он и прав, пора начинать устраивать свою жизнь. Мы распрощались вечером, как и в прошлый раз, договорившись встретится завтра. И вновь: панельная девятиэтажка, грузовой лифт, ужин, и тяжелые для меня - взгляды опекуна.
Как-то так вышло, что следующие три недели пролетели незаметно. Дома я почти не бывала, мы с Пашей много гуляли, в основном по безлюдным улочкам. Может он тоже хотел больше быть со мной наедине, а может нет, но не допускал никаких намеков и даже не пытался перейти к более близким отношениям. Само собой получилось, что я откопала свои документы и принесла их в институт, меня с радостью взяли на второй курс, заверив, что экзамены за первый смогу сдать в течение года. Оплату внесла с денег, которые город выделил за смерть мамы, виноваты же коммунальные службы! Гады! Мне не хотелось обращаться к опекуну и Паша, молча меня поддержал.
Встречались мы и расставались только около моста, других мест мой «друг» не признавал. Собственно, я и не была против, мне нравилось, как это место объединяло нас. Возможно, мне все же нужно было задуматься о его странном поведении. Он рассказывал тысячи историй, но ни разу не упоминал о семье, рассуждал о городе, архитектурных строениях разных эпох, но ни разу не упомянул свой дом, ну знаете там: «Я сегодня так мизинцем стукнулся, долбанный комод, давно передвинуть его хотел», или «денег подзаработал, установлю новую программу на компьютер». Причем, даже о компьютерных технологиях Паша рассуждал легко, не как пользователь, а как весьма продвинутый пользователь.
Я пыталась разговорить его, но едва ли помню его ответы, как будто он отвечал, но я за ненадобностью просто выкинула из головы. Но этого не может быть, я хотела знать о нем больше, я не могла просто забыть! Но больше его анонимности, мне не нравилось, как он стал выглядеть. За те три недели, что мы встречались, Паша будто бы источился: кожа обтянула скулы, бледный, губы сухие, глаза на лице казались просто огромным и были синими, темно синими, как ночное небо перед рассветом. Итак худощавый, он теперь был похож на скелет, его джинсовка, казалось, принадлежит его старшему брату. Я начинала волноваться и беспокойство пробивало ауру спокойствия и уверенности, окружавшую его.
В этот день, Паша изменил привычкам и проводил меня прямо до дома. Я шла, чуть ли не пританцовывая, а он искоса поглядывал и нежно улыбался, сжимая мою руку. Вот и мой подъезд, мы зашли на площадку первого этажа. Неожиданно Паша обнял меня, сердце ёкнуло и забилось быстро-быстро, неужели? Но я рано обрадовалась.
- Ириша, я скажу кое-что, ты не волнуйся, ладно?
И у меня внутри все заныло, предчувствуя неприятные известия.
- Мне исчезнуть нужно, в смысле уехать. Знаешь, рядом с тобой все мысли путаются. Ириска ты моя. Сливочная конфетка.
Мне было так приятно, что я счастливо заулыбалась.
- Паш, а ты вернешься? Не оставишь меня? – спросила прямо, по мне же видно, что я люблю его.
Мне становилось тоскливо, кто я ему, он ведь даже поцеловать не пытается, о каких чувствах может речь идти?
- Иришенька, ты моя душа! Как я могу не вернуться? Я рядом всегда буду! Мне просто времени нужно не много. Подождешь?