Вот вторая и самая любимая, мать Эшфирда Джинерийского, – средняя дочь владыки эльфов. С ней был договорённый брак, чтобы доказать лояльность Атлантии к ушастым. И в договоре стояло только одно условие за мир в лесах эльфов: она должна была родить королю двух детей, а после выполнения долга могла вернуться в лес. Та так и сделала.
Первой родила королю дочь, которая уже выросла, и её так же отдали замуж на другой континент в залог хороших отношений с расой, поставляющей в Атлантию камни, полудрагоценные и драгоценные. Там эта дочь и живёт по сей день. Вторым родился Эшфирд. Он не является наследником короля, так как имеет ярко выраженную внешность эльфа. Зато у эльфов в лесу то ли седьмой в очереди на престол, то ли ещё дальше.
От первой королевы у Эрика родился наследный принц, при рождении которого умерла королева-мать. Тот не сильно горевал, брал первую жену по родовитости, чтобы у наследника была чистая и безупречная родовая династия. Вот эльфийку он любил, наверное, и по сей день страдает, хоть и был вынужден отпустить.
Сейчас же с ним очень красивая кукла, но глупая и ревнивая стерва. Терпеть не могу таких. Хотя мужика по-человечески жалко. Отец из короля вышел хороший, по крайней мере для старшего сына и полуэльфов. Младшую дочку от третьей ни разу не видела, но, говорят, что такая же избалованная стервочка.
В общем, хватит думать о всякой ерунде, пора выходить из душевой. Перед самым выходом потянуло внизу живота тупой болью. «Странно, никогда такого не было. Что за дела?», – подумала в первый момент, но недомогание быстро прошло, и я забыла о нём.
На крыльце меня уже ждал напарник. Как только я вышла, тут же поднялся со ступенек и шагнул на дорожку.
– Пеке?
– М...
– Как ты думаешь, когда нас поставят в рейд с группой? – этот вопрос интересовал меня сейчас больше всего.
– Думаю, не раньше следующей недели. А что? Хочешь уже в бой рвануть? – с улыбкой спросил друг и махнул хвостом как-то раздражённо, словно не желает идти в рейд совсем. И вот эта улыбка, вроде бы искренняя, и нервный хвост, начавший лупить по ногам, вызывали противоречивые чувства во мне.
– У тебя что-то случилось? – спросила на всякий случай, вдруг ответит. Зная скрытную натуру кошака, была уверена, что не скажет, в чём дело. Но он ответил мне.
– Кир, у тебя кровь по ногам течёт, сходить за твоей сумочкой с артефактом гигиены?
– Какая кровь, я только из душа, Пек... – осеклась, когда проведённая между ляжек рука оказалась красной, – ....! – красочно ругнулась.
Они пришли на пару дней раньше, чем ожидала, поэтому и не взяла ничего с собой. Придётся опять идти в душевую и ждать, когда напарник принесёт всё необходимое и смену белья со штанами. Скорее всего, из-за этого живот и болел. Хотя ничего подобного раньше не было. Наверное, от удара в спину что-то пошло не так. Но другу говорить нечего не стала об этом.
– Да, если можно, то принеси пожалуйста. Там всё рядом лежит. Только если в комнате будет кто-то, то я даже не знаю, как быть. Или лучше пошли быстро сходим, и я сама возьму всё, что надо.
Моя физиология не отличалась от местных людей, но отличалась от атлантов. Их цикл женских дней был не чаще, чем раз в три-четыре месяца. Продолжительность их жизни была в три раза больше, чем у людей, поэтому и тело работало по-другому.
Мне приходилось мучиться с критическими днями каждые двадцать шесть дней. Кошмар какой-то, и ведь ходят как часы, можно расписание писать. Но в этом месяце начались раньше на два дня. В общем, быстрым галопом, пока мало народу ходит по улице пронеслась с котом до спальни и собрала всё необходимое.
А вот в коридоре снова столкнулись мы с командиром одной из групп, тем самым волком, что видел нас в столовой. «Похоже, я влипла. Срочно надо уходить». Тот стоял возле входа в казармы. Сначала даже не обращал на нас внимания, но потом я увидела, как он повёл носом и резко развернулся к нам.
Пеке тут же загородил меня своим телом, но не демонстрировал агрессии. С подобными ситуациями нам часто приходилось сталкиваться в академии. Там зверолюдей много, не только котов и волков, но и травоядных племён. Пару раз натыкалась на быка в такие вот дни. И оба раза была одна, без друга.
Зверь, учуяв запах крови, задирал голову, сморщив нос, и раздувал ноздри. Глаза наливались красным, и он ошалело начинал вертеть головой. Хорошо, что успевала скрыться с его глаз, а то неизвестно, чем бы обернулось тесное знакомство с огромным бычарой. Почему на зверолюдей обычная кровь так не действует, как та, что идёт у каждой женщины в критические дни? Загадка.
Я придумала один способ, который существенно облегчил мне жизнь, доработав специальные ткани, которые использует местное население. Сходила на кафедру артефакторики, и вместе с магистром сделали что-то типа такого, как в нашем мире: чтобы кровь впитывалась в тканевый артефакт, и при этом не оставлялось запаха.