Орви встала и потянулась.
Не думать, ни о чем не думать!
Под таким девизом она и жила с того самого дня, как поселилась в общежитии.
Чтобы отогнать невеселые мысли, Орви принялась насвистывать бодрую мелодию. В последнее время по радио часто передавали эту беспечную песенку.
Орви натянула на себя пальто, напялила шляпу на затылок — невзирая на моду, она всю жизнь носила шляпы именно на затылке. Заперев дверь, Орви повертела ключом. Его надо было оставить под бдительным оком старухи Эрле. Настырность старухи не знала предела. Она умела подстроить свое дежурство именно на субботу и воскресенье. Разумеется, лишний рубль и ей пригодится.
В коридоре Орви умерила свой лихой свист. Неприлично, когда дама при шляпе ведет себя словно пацан. Даже здесь, в общежитии, не признающем строгих правил.
Убедившись, что поблизости никого нет, Орви вприпрыжку спустилась с лестницы.
Из коридора второго этажа доносился громкий металлический голос. Кто-то уже успел пустить на всю катушку телевизор. Сами крутят, сами и мучаются — потом в ушах звенит, подумала Орви, проходя мимо. Но голос казался знакомым, мучительно знакомым. Кто же это там говорит?
Орви чуть призадумалась, но любопытство взяло верх.
В коридоре второго этажа стоял густой запах тушеной капусты. Но знакомый голос настолько завладел мыслями Орви, что она уже ничего не замечала. Голос, от которого содрогались двери, заставил Орви бежать.
Запыхавшись, она остановилась на пороге комнаты отдыха, оперлась о косяк и уставилась на экран телевизора, стоявшего в глубине помещения.
В выпуклом стеклянном глазе телевизора стоял Редиард.
— Реди, — пробормотала вконец ошарашенная Орви.
Редиард словно заметил Орви, он запнулся, нахмурил брови, внимательно взглянул ей прямо в глаза и только после этого снова нашел нужные слова.
Орви комкала перчатки, они липли к ладоням.
Затем машинально опустила руку в сумку, чтобы достать что-нибудь съестное. И так яростно раскусила карамель, что в голове что-то хрустнуло.
Орви не понимала, о чем говорит Реди. Она слышала только его голос, он звучал настолько громко, что, казалось, дрожало все общежитие.
Стены тряслись, занавески развевались, как на сквозняке, телевизор на деревянных ножках плясал, словно козел на паркете, и чуть не споткнулся. Хоть бы этот ящик свалился, хоть бы оборвался этот голос, исчезло бы это изображение!
В голове у Орви что-то застучало.
Только не думать!
Прошлое давно уже отвергнуто, что было, то прошло.
Орви взяла себя в руки и повернулась к телевизору спиной. Реди на экране не умолкал. Ему не выбраться из этого ящика, чтобы пойти вслед за Орви. Да и вряд ли ему хочется.
Орви бежала по длинному коридору. Скорее отсюда — иначе она задохнется от этого капустного чада.
Ухватившись за перила, Орви в какой-то степени обрела душевное равновесие.
Боязливо, точно больная, только что поднявшаяся с постели, нащупывала она ступени.
Орви пыталась отогнать от себя мысли о Реди. Но в голове звенела пустота, там было так просторно, и вот Реди идет, он все ближе и ближе, входит без стука, становится большим-пребольшим и беззастенчиво заглядывает в самые сокровенные уголки, так что Орви даже зарделась.
Орви напряглась и изгнала непрошеного гостя из своих мыслей.
Дайте же скорее что-то взамен, с таким трудом заработавший умственный механизм не может вращаться вхолостую! Орви ухватилась за самое близкое. А почему бы и нет! Вчера вечером они всей компанией ходили в ресторан. Здорово было. А что дальше? Ах да, сперва они заказали «столичную» и картофельный салат. Потом заиграл оркестр. Сначала Орви танцевала с Этсом, затем с Вильмером — Эбэ считает, что Вильмер танцует божественно, они и впрямь скользили по паркету. А дальше?
С Реди она ни разу не была в ресторане.
Вильмер снова повел ее на круг. Эбэ надулась и сказала, чтобы они не думали заводить шашни. Вильмер не хотел скандала и танцевал теперь уже только с Эбэ. Сайма опьянела. Она каждый раз осушала рюмку до дна, тут уж никакая закуска не поможет. Малле достаточно одной рюмки, она тут же начнет хохотать, как школьница.
Как-то они с Реди купили бутылку слабенького вина, а потом проказничали, как дети. На фонарных столбах сияли хвостатые звезды.
Что же вчера еще случилось?
После того как принесли кофе и липкий ликер, она пошла танцевать с Этсом. Он ущипнул ее. Орви подумала, что у нее на спине осталось грязное пятно. Отпечатки пальцев на белой блузке — это так забавно, и Орви затряслась от смеха и уткнулась лицом в грудь Этса. Веселье Орви заразило ее партнера, он разошелся вовсю. Обхватил ее и захотел на руках отнести к столу, Орви едва увернулась.