Исходя из этого Регина верила, что, несмотря на пренебрежение к существующим нормам, ее начинание все же исполнено человеколюбия. Она от всей души хотела, чтобы ее дети выросли во всех отношениях полноценными и хорошими людьми. Будь ей все равно, кого плодить на свет, она могла бы довольствоваться и Антсом Пампелем, вовсе не думая о том, что у алкоголиков нередко рождаются больные, ущербные и с отклонениями дети.
И тем не менее кто же станет отцом ее следующего ребенка?
Мари и не догадывалась, что на этот раз она сама разрешила проблемы Регины, — неважно, что это произошло почти случайно. По дороге в город, когда Регина перебирала в мыслях знакомых мужчин, такая возможность ей и в голову не пришла.
Правда, оказавшийся на прицеле объект был лет на десять старше Регины — но, может, именно поэтому отношения и сложатся благоприятно?
Регина знала Карла как родственника Мари и не раз встречалась с ним на днях рождения подруги. Когда Карл появился со своей первой женой и первым ребенком среди старых дев — тогда, правда, еще девушек, — Мари не поскупилась на похвалы в его адрес. Карл, судя по восторженным отзывам Мари, являлся образцовым отцом семейства. По мнению Мари, он относился к числу тех немногих разумных и уравновешенных людей, которые умели правильно устраивать свою жизнь. После окончания института Карл стал работать в конструкторском бюро завода союзного значения. Как энергичный и умеющий ладить с людьми человек, он вскоре завоевал славу хорошего специалиста. Тема кандидатской прямо-таки свалилась ему в руки — талантливые люди умеют натыкаться на золотые самородки, и вскоре диссертация была защищена. Карл не позволил смутить себя ореолом кандидатской степени и остался верным заводу, пока не настал день, который, согласно правилам логики, должен был прийти: ему предложили поступить в докторантуру. В тридцать четыре года Карл стал доктором наук и преподавателем того же института, который окончил лет десять назад.
Встречаясь с ним раз в году, на дне рождения Мари, Регина имела возможность регулярно наблюдать сию образцовую личность. Впоследствии эти моменты суммировались в сознании Регины в непрерывный ряд картин, и у нее возник оригинальный собирательный образ Карла. Его семья оставалась вечно молодой. Каждый раз Карл появлялся у Мари в обществе маленького ребенка и новой жены. Неизменно за столом рядом с ним сидела молодая румяная мамаша, преданным взглядом следившая за своим отпрыском, чей рост и возраст оставались почти неизменными, менялся лишь облик: то среди гостей топал белоголовый карапуз, то на руки кому-нибудь из старых дев лезла темноволосая девочка. Казалось, нажимают на какую-то кнопку — это было так просто, — и очередной ребенок получает по сравнению с предыдущим совершенно отличную внешность. И это был никакой не мираж, когда собравшимся в очередной раз на день рождения гостям досаждал рыжеволосый малыш, карабкавшийся на спинку дивана.
Регина вспомнила, что она встречала Карла в доме Мари попеременно с четырьмя женами и четырьмя разными ребятишками.
По поводу первого развода Карла Мари сокрушалась, что умному человеку не повезло с женой. По молодости лет и по неопытности он не сумел разглядеть свою будущую спутницу. Дескать, бедному Карлу досталась закоренелая мещанка, человек ограниченный и лишенный каких-либо стремлений. После рождения ребенка жена бросала институт, и Карл уже не смог убедить ее в необходимости закончить образование. Со спокойной совестью жена игнорировала пожелания Карла, поступила на ничтожную лаборантскую должность и заявила, что считает целью своей жизни заботу о ребенке и муже. У этого бесстыжего существа достало наглости утверждать, что Карлу, в силу его безмерного честолюбия, нужен для равновесия неприхотливый человек, иначе его душа преждевременно перегорит.