- И что ты собираешься делать? - поинтересовался Дэн.
- Отвезу ей свой холодильник, естественно, - пояснил я, - вот только тебя заброшу.
- И как ты будешь его заносить? Ведь, если я не ошибаюсь, твоя человечка живёт не одна?
- Ох, чёрт! - расстроено сказал я, - И почему только, когда дело касается Кристи, я начинаю допускать такие идиотские ошибки!
- Влюблённые часто глупеют, - философским тоном объяснил Дэн.
- Я вовсе не влюблён, - резко возразил я, - Этого мне только не хватало! Кристи славная, и она любит меня, мне с ней удобно и хорошо, но влюблённость здесь совершенно не причём.
Дэн молча пожал плечами и уставился в окно с таким видом, будто рассматривает там что-то недоступное мне. После очередного поворота машины, он сказал раздражённо:
- Ну, и куда ты едешь? Давай уж, помогу тебе с холодильником. Где ты сейчас найдёшь человека, готового помочь тебе занести такую тяжесть?
- А потом?
Дай мне ключи, я вполне способен добраться самостоятельно, - мрачно сказал Дэн.
Через полчаса мы уже заносили холодильник в квартиру Кристины. Она открыла нам дверь, и, взглянув на Дэна, удивлённо заметила:
- Вау! Большой Босс!
Он бросил на неё короткий взгляд, и Кристи вдруг стушевавшись, прикрыла рот пальцами и пробормотала:
- Ох, извините, это я так ляпнула, не подумав. Добрый вечер, проходите, пожалуйста.
При этом она так сильно покраснела, что казалось, вся кровь прилила к коже, и мне сразу захотелось снова ощутить её вкус. А ведь Кристи только вчера кормила меня. Впрочем, раньше она при мне так сильно не краснела. Я услышал, как глубоко вдохнул Дэн, смакуя этот аромат, но голос его прозвучал насмешливо и спокойно:
- Вечер добрый, Кристи. Умеешь ты порадовать чем-то новеньким. Так меня ещё не называли.
Её бабушка вышла в коридор, и тихо ахнула, глядя на нас:
- Добрый вечер, молодые люди. Но откуда?
- Это мой, - объяснил я, - всё равно он у меня пустой стоит. Я живу один, и никогда не ем дома.
- А зачем же тогда покупал?
- Чтобы всё было, как у людей, - объяснил я.
Дэн очень несолидно фыркнул и поинтересовался:
- Старый выносить надо?
- Наверное, ещё отремонтировать можно, - с надеждой сказала старушка.
- Вряд ли, - авторитетным тоном заявил Дэн, - Сейчас всё делают блоками для удобства сборки, а ремонт выходит дорогой. Дешевле новый купить.
Мы опустошили сломанный агрегат, поменяли местами холодильники, и, пока Кристи с бабушкой возились на кухне, погрузили её металлолом в машину. Я решил отвезти его к себе: для декорации сойдёт.
Когда Кристина вышла, Дэна уже не было. Я усадил её в микроавтобус, и мы поехали.
- Спасибо, Ник, ты нас очень выручил. Я вообще удивляюсь, как у тебя всё легко получается.
- Не всё, - самокритично признал я, - но я стараюсь. Ты, Кристи, тоже меня удивила. Мне казалось, что так быстро собраться можно только на вампирской скорости. Прекрасно выглядишь. Ты успела и переодеться, и причёску сменить, и накраситься, а ведь я ждал совсем недолго.
Кристи улыбнулась. Казалось, она о чём-то задумалась. Мы уже подъезжали к клубу, когда она вдруг сказала:
- Нам ведь не обязательно идти туда.
- А что ты предлагаешь? - удивился я.
- Ты мог бы показать мне свою квартиру.
Я внимательно посмотрел на Кристи. Она выглядела спокойно и решительно, и мне захотелось немедленно ехать домой. Печально вздохнув, я сказал непререкаемым тоном:
- Нет. Я обещал твоей бабушке, что мы пойдём в клуб, значит, мы пойдём в клуб, - и, увидев, разочарование и смущение в её глазах, прижал к себе тёплое нежное тело, зарылся лицом в пушистые волосы, безнадёжно испортив причёску, и шепнул в ухо, - ну хотя бы на полчаса, ладно?
К сожалению, в клубе мы встретили знакомых Кристины, и получасом отделаться не удалось, но, наконец, мы смогли сбежать.
Во время дневного сна мы беспомощны, нас и разбудить то практически невозможно. Впрочем, я уже доверял Кристи жизнь Дэна. Но всё равно, мне было как-то странно везти её к себе.
Всю дорогу я гнал, изнывая от нетерпения, но подъехав к дому, заметил, что она начала нервничать, и понял, что не надо спешить.
Я распахнул дверь и пропустил Кристину в квартиру:
- Осматривайся, а я пока холодильник принесу.
Я привёл кухню в обычный вид, и пошёл к Кристине. Она стояла у полок, рассматривая книги, и повернулась ко мне с озадаченным видом.
- И как впечатление? - поинтересовался я.
- Странное, - сказала Кристи задумчиво, рассматривая меня так, будто увидела впервые.
- Тебе не нравится, - сделал вывод я.
- Мне нравится, - возразила она, - Но я думала, что если ты ходишь в дорогих шмотках, ездишь в навороченной машине, то и квартира будет в таком же духе. Я ожидала, что у тебя евро ремонт и вообще всё супер-пупер, а у тебя такая холостяцкая берлога, всё очень просто и функционально.
- Я ведь машину такую купил не по выпендриваться, - объяснил я, пожав плечами, - а потому что люблю погонять на хорошей скорости. Хорошо снимает приступы раздражительности. И с рубашками то же - мне нравится прикосновение шёлка к коже.
- Мне очень неловко, что я вечно тебя недооцениваю, - с досадой сказала Кристи, - А ты такой замечательный.
То она вечно меня шпыняла, а тут такой глобальный вывод из-за ерунды.
- Ты меня видишь в розовом свете, потому что любишь, - возразил я.
Кристи собиралась что-то ответить, но я уже не мог больше ждать, и притянул её к себе.
- Ник, - нерешительно сказала она, - только...
Я заглянул в её неуверенное лицо и закончил:
- Без вампирских штучек.
- Да, - улыбнулась она с облегчением, и торопливо добавила, - Понимаешь, я хочу помнить реальные события, а не твои мороки.
Я был совершенно не расположен вести беседы, но мне хотелось, чтобы Кристине было хорошо со мной, поэтому кое-что действительно следовало обговорить заранее:
-- Совсем чуть-чуть, ладно? Чтобы обезболить и сделать пару глотков.
- Ты же пил только вчера? - удивилась Кристи.
- Я не голоден, хочу только ощутить вкус. Понимаешь, меня раньше никто не любил, это так потрясающе, необычно, ярко.
- Подожди, - потрясённо сказала она, - Как это, никто не любил? Этого не может быть. Ты же встречаешься с девушками, я знаю, тебе вон даже сцены в общественных местах устраивают. Они же в тебя влюбляются?
- Да, - растерянно сказал я, - но это не то. Я не знаю, как это объяснить, мне трудно описать чувства словами, я их просто воспринимаю. Они чувствуют не так, как ты, совсем по-другому.
Кристи прижалась ко мне и положила голову мне на плечо.
- Ты, наверное, слишком закрытый, - сказала она, - Можно влюбиться в симпатичное лицо и загадочные манеры, но когда понимаешь, что за этим ничего нет, наступает разочарование. А в тебе очень много всего, но ты это не показываешь, а изображаешь самодовольного циника.
- Я и есть самодовольный циник, - признал я.
- Нет, ты не такой, - резко возразила Кристи, - ну, не только такой.
Она собиралась сказать что-то ещё, но я, не дав ей открыть рот, жалобно попросил:
- А может быть, мы потом обсудим мой сложный внутренний мир, а? Я сейчас с ума сойду, так хочу тебя.
Кристи прижалась ко мне ещё крепче, и выдохнула:
- Возьми.
Мне хотелось немедленно швырнуть её на постель и сорвать одежду, и я замер, пытаясь обуздать себя и впитывая тепло податливого тела. Кристина запустила пальцы в мои волосы, и перебирала пряди, но я чувствовал, как нарастает её напряжение. Сердце билось сильнее, дыхание участилось. Я прикоснулся к нежной щеке, скользнул к шее и замер, ощущая губами, как бьётся пульс под горячей кожей. Сладко заныли дёсны, выпуская клыки, и я начал целовать беззащитную шею долгими влажными поцелуями, одновременно расстегивая молнию на платье и спуская его с плеч. Пальцы Кристины судорожно сжались. Я сказал, стараясь, чтобы голос звучал обыденно:
- Хочешь, я отрежу для тебя прядь? Только выдирать не надо.
Она тихо ахнула, освободив мои волосы, и растерянно опустила руки, при этом её платье с тихим шелестом соскользнуло и ворохом улеглось вокруг её ног. Я с восторгом смотрел на открывшуюся картину, а Кристина стояла передо мной, опустив глаза, сердце её бешено колотилось. Она была прелестна: бронзовое, напоенноё солнцем, стройное тело с длинными ногами и узкой талией, на загорелом теле ярко выделялась, притягивая мой взгляд, белоснежная крепкая грудь с голубыми прожилками вен на коже. Не дыша, я простоял несколько мгновений, просто глядя на Кристи, затем осторожно провёл кончиками пальцев по вздрагивающим полуоткрытым губам, хрупкой шее, проследил линию ключиц и, задев соски, нежно принял в ладони вес грудей. Кристи судорожно перевела дыхание и, наконец, подняла на меня глаза, затуманенные страстью. Я улыбнулся ей, стараясь не выставлять клыки, взял за руки, положил их на свою грудь и попросил, чувствуя, как хрипло звучит мой голос: