А еще он полюбил ее собаку.
В живот ей упирался мощный возбужденный член. Он так и манил подтянуться, обнять Янси ногами за талию и позволить ему все, что угодно. Где-то на задворках сознания включилась тревога: они стоят посреди полицейского участка. Морган не полуголый, как в прошлый раз, когда он ее целовал; ими не управляют необузданные чувства; нет опасности поддаться всплеску желания, растущему в теле – по крайней мере, на работе. Бо отдавала себе отчет, что это опасно, но и только. Точно так же она отдавала себе отчет, что под ее ладонью густые волосы Моргана. Вот только когда она успела обхватить его затылок? У кончиков волосы оказались прохладными, возле кожи головы теплыми и такими мягкими, что пальцы сами сгребали их в горсть. С каждым вздохом грудь Моргана поднималась и опадала, и Бо чувствовала биение его сердца.
Сердца, что едва не перестало биться, ведь Янси все время ходил по краю, и пуля убийцы почти оборвала его жизнь.
Эта мысль как нельзя лучше остудила Бо. К ней сразу вернулись и здравый смысл и сила воли. Разорвав поцелуй, она уперлась лбом Моргану в грудь. Ее руки все еще лежали у него на груди, как раз в области сердца. Вопреки всем напастям ритм был твердым, ведь сердцу хватило сил пережить смертельное ранение. Вот об этом следовало думать в первую очередь, прежде чем начать делать всякие глупости, например, надеяться, что у них с Морганом что-нибудь может получиться. Посмотрим фактам в лицо: она уже натворила дел с этими поцелуями! Морган ясно показал, чего хочет, а она просто дала слабину. Янси слишком умен и запросто догадается, что означает этот эпизод.
Несмотря на все поцелуи, а может, именно из-за них, Бо решила немедленно внести ясность.
– Правила не поменялись. Никакого секса. – Стоило словам вылететь у нее изо рта, как Бо стыдливо поморщилась.
Слова не вязались с поведением.
– Тогда поцелуемся на радостях? – Голос Моргана звучал низко, дыхание ерошило ей волосы.
Янси медленно прижался губами к впадинке под ухом и лизнул ее, словно пробовал на вкус. Все нервные окончания Бо тут же зажглись, соски сжались и заныли, ей тут же захотелось потереться об него всем телом. Глупо запрещать себе снова целоваться с Морганом, только потому, что она не собиралась вступать с ним в отношения… Но разве это повод отказываться от чисто физического удовольствия?
«Какая скользкая дорожка», – подумала Бо. По той же логике (или ее отсутствию) можно с ним и переспать.
Она с трудом заставила себя разжать объятия и шагнула назад.
– Целовались уже.
Морган отпустил ее без малейших усилий; в глубине души Бо горько сожалела, ей хотелось продолжить начатое. Она развратница? Но это просто обычное человеческое желание – заставить его хотеть себя с той же силой, с какой она хотела его.
Янси криво ухмылялся, словно приглашал ее присоединиться к веселью.
– Неужели есть правило, сколько именно раз можно целоваться?
– Есть. Один раз.
– И какой дурак это придумал?
– Я.
– Предыдущий комментарий вычеркиваем.
Реплика рассмешила Бо. А парень на лету схватывает! Хотя ему по долгу службы приходилось быстро соображать, иначе он бы не выжил.
Вздохнув, Бо повернулась к столу и собрала остатки остывшего ужина. Вот бы Морган никогда ее не целовал! Но он поцеловал, а она пылко ответила. И хоть кроме поцелуя Янси больше ничего не предпринял, Бо подозревала, что здесь скрывается нечто большее. Вряд ли Морган остыл, для этого он был слишком коварен. Янси не казался мужчиной, который то притягивает женщину, то отталкивает; скорее тем, кто тщательно планирует действия и всегда добивается своего.
Она заволновалась. Ей не хотелось быть целью какой-то стратегии… или хотелось? Бо понятия не имела. Она знала, чего ей следовало желать, знала, что для нее безопаснее, но впервые за долгое-долгое время боялась, что не сможет держаться намеченного курса.
Янси огляделся вокруг.
– Ты закончила?
– Да. Надо сваливать отсюда, в смысле, из Хамриквилля, пока еще чего-нибудь не случилось.
Слушание закончено, Мелоди и Дорис уже дома, может быть, снова наступит мир?
Бо заперла участок, и они разошлись по машинам. Трикси залезла в джип, радуясь, что снова сидит на своем особенном месте рядом с хозяйкой. Бо устала переживать, чего она не должна и не может себе позволить, и подумала обо всем хорошем, что имела сейчас.
Она потрепала Трикси за шею.
– Поиграла в мячик с тренажером Моргана? Понравилось тебе?
Боже, хоть бы одним глазом глянуть!
Трикси вывалила язык на бок и ухмыльнулась.
Морган махнул ей из окна «тахо», жестом приглашая ехать вперед. Спустя пятнадцать минут, предварительно задержавшись у почтового ящика, забрать обычный набор рекламных листовок, они с Янси припарковались бок о бок на темной подъездной дорожке.
Тут же сработали датчики освещения. Фонарь на крыльце дома Морган оставил включенным, чтобы разогнать мрак на террасе. Бо всегда не любила возвращаться в темный дом, так что свету порадовалась, хотя Моргану не сказала ни слова: добился усиления мер безопасности, и будет с него.
Выйдя из джипа, Бо выпустила собаку. Ночь, мягкая и весенняя, окутывала сладкими запахами дикого рододендрона и свежей травы. Стрекотали сверчки, то и дело подавали голоса какие-то ночные птицы. Бо задержалась ненадолго, чтобы насладиться ароматом, а затем подошла к Моргану, стоявшему на крыльце.
В дом они вошли вместе – мужчина, женщина и собака.
Почти семья, рассеянно подумала Бо, прежде чем поймала себя: ну вот, опять! Морган ей не семья. Вот они с Трикси – да, они останутся здесь, когда Янси окажется где-то на другом конце света.
Трикси сразу рванула к мискам, проверить, не появилась ли там волшебным образом еда, а затем принялась пить. Морган упал на «свое» место на диване, забросил ноги на стеклянный кофейный столик и включил телевизор. Бо с минуту постояла рядом, вбирая ритм новой жизни. Она и не заметила, как все это вошло в рутину.
– Хватит на меня пялится, – не оборачиваясь велел Морган, – или мы пойдем наверх.
Проклятье! Ей стоило знать, что он способен чувствовать чужой взгляд. Бо залилась краской. Спорить она не стала, хотя не обрадовалась, что Морган заметил. Отрицать свой интерес глупо, а поддаться ему просто опасно.
– Нет, – отрезала Бо, – наверх мы не пойдем. – И добавила: – Ты ведь сказал, что решение за мной, помнишь?
Морган искоса глянул на нее.
– Но я не говорил, что не попытаюсь заставить тебя передумать.
«Нет!» – завопил разум Бо, однако по венам пронеслось возбуждение. Она чуть не поинтересовалась, какие конкретно методы Янси намерен использовать, но все же удержалась. Чертово физическое влечение! Бо точно знала, что ей следовало делать, а что нет. Дерьмово, если придется сражаться с притяжением и собственными идиотскими гормонами, чтобы сохранить голову ясной.
– Любые отношения между нами просто напрасная трата времени, – раздраженно сказала она.
– Это как? – Закинув руки за голову, Морган переплел пальцы. Он выглядел совершенно расслабленно, и это одновременно невероятно бесило и притягивало. Ей не хотелось, чтобы он чувствовал себя непринужденно, когда она не может, однако такая самоуверенность определенно восхищала. – Разве все дело не в отношениях?
– Плавали – знаем. Не вижу смысла снова в это влезать. Я не за...– Она начала произносить слово «заинтересована», но проглотила окончание, пока не наделала еще больших глупостей. – Я стараюсь учиться на своих ошибках. Лучше быть одной, чем тратить время и силы на отношения, которые – мы оба знаем, – продлятся самое большее несколько месяцев, а может всего пару недель, черт, да вдруг все кончится уже завтра?
– Откуда ты знаешь, что все кончится? – приподнял бровь Морган.
– Потому что тебя здесь не будет, – преувеличенно-терпеливо объяснила Бо. – Ты уедешь, и…
– И все ведет только к этому? Я не могу взять и вернуться?
От разочарования Бо ему чуть не врезала. Если бы она уже не выдала Моргану свои чувства, то просто взяла бы и соврала. Но ведь именно Бо стояла в участке как круглая дура, целуя его в ответ; любой мужчина сразу бы догадался, особенно натренированный подмечать малейшие детали. Бо загнали в угол, а она это от души ненавидела, ненавидела терять контроль. Черт побери, ну почему Янси такой настойчивый и рассудительный? Ему подавай секс, у парней все просто. Но Бо-то не парень!