Тут Изабо вспомнила кое о чем еще.
– А бомбы устанавливаешь?
– У меня есть спец по взрывчатке, но теорию знаю.
– На мотоциклах гоняешь?
– Нет, черт побери! Эти гребаные машины запросто тебя прикончат.
Морган выпалил это с такой горячностью, что Бо рассмеялась.
– А остальное нет? Или ты забыл, как здесь оказался?
Морган задумчиво почесал нос.
– Просто дело привычки. – И проницательно добавил: – Если ты пытаешься выяснить, люблю ли я быть в гуще событий, ответ – до некоторой степени. Можно здорово развлечься, надирая всяким ублюдкам задницы и взрывая все подряд. В основном мне нравится думать, что я меняю мир к лучшему. Но и жизнь в пределах страны мне нравится. Работающий водопровод и канализация. Еда. Знаешь, у нас ведь лучший в мире фастфуд.
Янси определенно знал толк в нездоровой пище. Его увлечение ею граничило с фанатизмом.
– Кстати, о вредностях. У нас есть «орео».
– Дай-ка сюда.
Заслышав шуршание пакета, подошла Трикси и уставилась на печенье, но для нее это было табу. Бо отвлекла ее собачьим лакомством – симпатичной жевательной костью. Сцапав ту, псина вернулась на полотенце и принялась истреблять угощение.
Морган умял пару печенюшек, запил их пивом, а потом выдал:
– Нам надо поговорить.
Посмотрев на его выражение лица, Бо заволновалась. Она опустила глаза, скрывая тревогу. По опыту Бо знала: беседы, начинающиеся подобным образом, никогда не заканчиваются хорошо. Именно так бывший муж сообщил, что хочет большего, чем она готова дать, именно так попрощалась с ней парочка отчимов, а мать впервые сообщила о новом замужестве после развода с отцом. Неужели Морган собирается предупредить, чтобы она не слишком привязывалась, мол, их отношения просто временные, и скоро он вернется к своей увлекательной работе? Она и так все знала, не обязательно говорить вслух. Бо не хотела этого слышать, не хотела, чтоб он сказал: «Мы отлично проведем время, детка, а потом адьес».
– Не надо, – торопливо отмахнулась Бо. – Я все понимаю.
– Поверь, – прорычал Морган, – ничего ты не понимаешь!
Бо закатила глаза.– То есть, это тот самый момент, когда ты заявишь, что уедешь…
– Я просто…
– ...все нормально, я не хочу ничего слышать! – жестко закончила она.
– Бо, заткнись, – отрезал Морган, и она раздраженно на него уставилась.
Но он взял ее за шею и поцеловал – жадно и яростно. На секунду Бо застыла и никак не откликнулась, но Морган не смирился. Он подтащил ее ближе, усадив у себя между бедер, а ее ноги забросил на свои. Запрокинув ей голову, Морган принялся ласкать Бо, пока она немного не смягчилась. Она все еще не целовала его в ответ, но принимала поцелуй.
Рука Янси нырнула под рубашку и накрыла грудь Бо, легко потянула сосок, и тот уплотнился. Ощущение острое, но не совсем болезненное. Желание стрелой ударило в пах, заставляя лоно сжиматься и расслабляться, словно внутри был чертов член. Бо не хотела так реагировать, но сдержаться не могла. Весь день она об этом мечтала. Огонь не требовал немедленного удовлетворения, а тихо тлел внутри. Бо мечтала прикоснуться к Моргану, ощутить, как его вес придавливает ее к земле, почувствовать, как жесткий стержень давит на промежность и входит внутрь.
Она не стала потакать себе, потому что находила своего рода извращенное наслаждение в ожидании, пока вожделение медленно нарастало. Ей нравилось предвкушать удовольствие и знать, что когда они наконец кончат вместе, взрыв будет намного сильнее. А то, как Морган ее сейчас целовал… Может, после всего он забудет о том, что «это только временно»? Его рот был слишком жадным, прикосновения слишком… собственническими? С Бо никто раньше не обращался по-собственнически, так что наверняка она не знала.
Укусив его за губу, Изабо пробормотала:
– Не затыкай меня! – Просто чтоб Янси не думал, что это ему с рук сойдет.
Немного отодвинувшись, он посмотрел на нее; его веки отяжелели, а щеки покраснели на солнце.
– Или что? Снова меня укусишь? – спросил Морган, потираясь носом об ее висок.
– Еще как.
– Заткнись.
Атмосфера тут же изменилась и накалилась. Бо засмеялась, укусила Моргана и мгновенно оказалась опрокинутой на спину с задранной рубашкой. Рот Янси сомкнулся на ее соске. Бо глубоко вздохнула и закрыла глаза, утопая и паря в острых ощущениях. Руки Моргана скользнули по ее ногам. Он обхватил лобок прямо через джинсы и потер клитор основанием ладони. Распахнув глаза, Бо уставилась пламенеющим взглядом вверх, где сквозь тихонько покачивающиеся ветки деревьев зияли клочки голубого неба. Видела она смутно, все ее существо сосредоточилось на том, что происходило внутри тела, на действиях Моргана.
«Я сейчас кончу», – поняла Бо, затем произнесла это вслух и кончила.
Она была почти в обмороке, когда Морган выпростал ее из джинсов, и не помогала ему, потому что не могла двигаться. Тело отяжелело, между ног все еще слабо пульсировало. Рубашку снимать Янси не стал, но задрал почти до подмышек. Затем приподнял ей ноги, развел в стороны и улегся между ними. Легкий ветерок на мгновение остудил горячую влажную плоть, а потом Морган приставил к ее промежности головку мощного члена и медленно проник внутрь, растягивая лоно. Глухо простонал и еще немного поднял ноги Бо, чтобы войти как можно глубже. Она тем временем уже очнулась, обняла его руками за плечи, ногами за талию и крепко вцепилась, пока он двигался.
Долго Янси не продержался. Может, с минуту, но эта минута вышла бурной. Тяжелые толчки, жесткие движения его стержня – и желание снова закрутилось в тугую спираль внутри. Содрогаясь, Морган кончил, медленно опустился на Бо и лежал, пока та не дернулась, больше не в силах терпеть его вес. Янси почти сразу же приподнялся на локтях, давая ей глотнуть воздуха, прижался лбом ко лбу Изабо и чуть слышно пробормотал:
– Ты меня убиваешь.
«Это хорошо?» – одурело подумала Бо. Она совсем опьянела – от ощущений, от Моргана. Провела пальцами вверх-вниз по потной спине Янси – то ли успокоить его, то ли удовлетворить потребность к нему прикоснуться. Может, и то и другое. Может, в какой-то момент их с Морганом желания слились воедино.
Немного погодя они отодвинулись друг от друга и вытерлись влажными салфетками, которые Бо захватила на озеро. Морган рассмеялся, увидев, как Трикси, повернувшись задом, грызет косточку.
Они оделись, по крайней мере частично: Бо осталась в рубашке и натянула трусики, а Морган – джинсы. Затем он притянул ее спиной к себе в объятия, и Бо устроилась у него между ног.
– А вот теперь, – заявил Морган, – мы поговорим. Мне надо рассказать тебе кое-что серьезное, о причине моего присутствия в городе.
Бо ответила не сразу.
– Мне понравится?
– Скорее всего, нет. Но если мы собираемся продолжить то, что сейчас между нами происходит, нужно поговорить откровенно. Можешь послать меня после этого к черту, но я использую свой шанс.
Ла-а-адненько, значит это не разговорчик из серии «не воспринимай все так серьезно, милая, я одной ногой уже за порогом».
Бо откинула голову на плечо Моргана, а руки положила поверх его рук на своем животе. Она попыталась сообразить, какие тут могут быть неожиданности и сразу вспомнила об Акселе.
– Вот черт! – раздраженно выдохнула Бо. – Я знала, что Акселю не стоит доверять. Дело ведь в Макнамаре, правда?
– В основном, да. Но и на мне есть доля ответственности. Понимаешь, то, что он рассказал тебе, по большей части правда, но…
– Но поскольку это Аксель, той правды было не так уж и много?
Ей захотелось рычать! Каждый раз, когда Бо имела дело с Акселем, крышу у нее просто срывало от злости. Она не выносила его, не доверяла ему, но деньги заглушили природные инстинкты.
– У него другие приоритеты, – пробурчал Морган, – чертовски важные. К тебе он, видимо, отправил меня из вредности, это ведь Аксель. Но имелись и другие критерии: относительная уединенность города, малочисленное население – незнакомцы тут будут бросаться в глаза, сравнительное небольшое расстояние до округа Колумбия. Мак устроил ловушку.
Бо впитала информацию, быстро обработала и отмела варианты. Плести интриги она не умела, но была умна и наблюдательна. Информация Моргана завершила картину, обрисованную Акселем. Конечно, на решение Бо повлияло состояние Янси, деньги, которые посулил Мак, и его россказни. Однако следовало смотреть глубже, ведь угроза вполне могла исходить изнутри их организации. И все-таки… не стоило доверять Макнамаре.