— Это всё прекрасно, но я пытаюсь выяснить не это. Думаешь, кто-то из твоих родителей обладал тем же даром, что и у тебя, или, быть может, дар был у более дальнего родственника?
— Нет, сэр, — сказал Даниэл. — Они все были нормальными. Я никогда не встречал никого подобного мне, пока тот надзиратель не стал искать меня.
— Тогда, полагаю, весьма вероятно, что ты — первый, или, по крайней мере, мы можем на это надеяться, — заявил Тиллмэйриас.
— Первый кто, сэр?
Тиллмэйриас повернулся к нему с застывшим на лице выражением пристального интереса:
— Первым человеческим магом естественного происхождения.
— Что такое «маг»? — спросил Даниэл.
Ши'Хар вздохнул:
— Из-за твоей любознательности в сочетании с превосходным владением бэйрионским я всё время забываю, каким невежественным ты порой можешь быть. Подозреваю, что твои умственные способности гораздо ближе к твоим далёким предкам, чем к нашему нынешнему урожаю людей.
Даниэл ждал, поскольку не услышал ответа на свой вопрос.
— Маг — это тот, кто может ощущать эйсар и манипулировать им, энергией, пронизывающей всю материю сущего. Твоя раса была полностью лишена этой способности, когда Ши'Хар прибыли сюда, — сказал Тиллмэйриас.
— Но все в Эллентрэа — маги…
Тиллмэйриас кивнул:
— Они появились на свет путём скрещивания между нашими детьми и некоторыми из наших пленных людей.
Это шокировало Даниэла. Он не мог вообразить, чтобы кто-то из казавшихся идеальными и заносчивыми Ши'Хар мог захотеть совокупляться с человеком.
— Значит, здешние люди — наполовину Ши'Хар?
Его спутник засмеялся:
— О, нет! Конечно же нет! Скрещивание между двумя совершенно чуждыми видами невозможно. Нет, они — полностью люди, уверяю тебя, баратт.
Это показалось Даниэлу почти полностью лишённым смысла:
— Но вы только что сказали, что они скрещивались.
— Да. Разве я не выгляжу для тебя человеком?
Человеком? Ши'Хар что, намекал на то, что являлся человеком?
— Не совсем, сэр, — ответил Даниэл.
— Ну так вот, баратт, я — человек, или почти человек. Когда мы пришли в этот мир, мы изменили наших детей, чтобы те соответствовали окружающей среде, выбрав ваш вид в качестве шаблона. Наши новые дети, созданные здесь, в этом мире — полностью люди, не считая некоторых преднамеренных генетических изменений, — сказал Ши'Хар.
— Прошу прощения, сэр, но волосы и кожа у вас отличаются от всех, кого я когда-либо видел, и люди не пускают корни, чтобы стать деревьями, — сделал наблюдение Даниэл.
И запоздало добавил:
— Я также не знаю, что означает «генетический».
— Этим словом древние люди описывали инструкции, определяющие отличительные черты живых существ. Они были весьма продвинуты в этом деле. Наш народ даже узнал кое-что новое, изучая их тексты, после того, как мы сломили их сопротивление, — сказал Ши'Хар. — Но я отклонился от темы, наши тела — людские, с несколькими генетическими изменениями, дающими нам отличительную окраску и внешние черты, а также способность манипулировать эйсаром, но внутри каждого из нас есть семя. Когда мы пускаем корни, человеческое тело умирает, служа удобрением для нового дерева. Наша память, наш разум — они преображаются, становясь частью нового взрослого Ши'Хар.
— Значит, вы умрёте, а находящееся внутри вас семя съест ваше тело?
Тиллмэйриас побледнел в ответ на это описание:
— Это весьма грубое изложение процесса. Это тело умрёт, но мой разум и дух станут частью чего-то большего. Как бы то ни было, суть всего этого была в том, чтобы объяснить, что дети Ши'Хар — почти полностью люди, с небольшим числом улучшений. Когда они совокупляются с нормальным человеком, то могут приносить человеческое потомство, но эти отпрыски не содержат семя, хотя часто наследуют созданные нами генетические черты, позволяющие детям Ши'Хар контролировать эйсар и манипулировать им.
Голова Даниэла шла кругом, пытаясь усвоить всю новую информацию, которую обрушивал на него Тиллмэйриас. Один из вопросов постоянно возвращался к его вниманию, и хотя он боялся, что может быть наказан, Даниэл не смог удержаться, и спросил:
— Если эти люди — почти такие же, как вы, то как вы можете так их порабощать? Как вы можете мучить своих собственных детей?
— Следи за словами, баратт, — предостерёг Тиллмэйриас. — Я терплю твои вопросы потому, что ты меня увлекаешь, но не путай это с дружбой. Они не «наши дети», как ты выразился. Они — результат скрещивания между дикими людьми и генетически модифицированными временными оболочками, в которых мы держим наши семена. Наследование созданных нами нескольких конкретных генов, которые, кстати, также были человеческими генами, ни коим образом не делает их Ши'Хар.