— Я добьюсь от тебя ответов, — он скользнул ладонями под мою попку и приподнял меня, затем уложил на подушки лицом вниз, задницей вверх. — Допрос.
— Ты всех своих пленников так пытаешь?
— Вовсе нет. Но можешь держать рот на замке, пока не будешь готова рассказать мне, откуда научилась магии.
Моя голова лежала на постели. Я чувствовала, как он связывает мои запястья за спиной. Мне стоило запротестовать, и всё же, возможно, это не худший метод допроса.
Самаэль расположился за мной, упираясь коленями по обе стороны от моих бёдер. Он потянулся к лямкам моей ночнушки и стянул их, пока ткань не спустилась ниже моих грудей. Прохладный замковый воздух обдал мою спину, и я изнывала от желания почувствовать на себе его руки. Мои соски превратились в чувствительные горошки.
Невыносимо лёгким прикосновением Самаэль провёл кончиками пальцев по моим рёбрам, затем под грудями… лёгкие и медленные обжигающие круги. Каждое касание его кончиков пальцев было мукой, его вызывающее зависимость прикосновение заставляло мои груди казаться более полными, гиперчувствительными, хоть он и не дотрагивался до них. Когда я выгнула спину, мои груди задели шёлковые простыни, соски изнывали от желания прикосновений. Я повернула голову на матрасе.
— Хочешь знать, как я научилась магии? — спросила я, задыхаясь. — Я ей не училась.
— Откуда исходит магия?
— Из земли, мне кажется.
— Хорошо. Наконец-то какая-то правда, — его большие пальцы скользнули по моим гиперчувствительным соскам. Пальцы на моих ногах подогнулись, тело содрогнулось от нужды, и я ахнула.
Самаэль наклонился надо мной, упёршись руками по обе стороны от моей головы. Он снял рубашку, и его голая грудь прижалась к моей спине, согревая мои обнажённые плечи. Ноющая боль между ног была такой интенсивной, что я не могла думать ни о чём, кроме того, как он наполнит меня.
— Ты хочешь больше меня, не так ли?
— Да, — прошептала я.
Резким рывком Самаэль задрал подол моей ночнушки, и мои обнажённые бёдра обдало прохладным воздухом. Я была беспомощной перед ним, мои бёдра оставались выпяченными вверх.
— Тогда скажи мне, что ты такое, — он провёл одним пальцем по моему позвоночнику, оставляя после себя испепеляющее ощущение жара. Я хотела, чтобы он погладил каждый дюйм моего тела, но у меня не было ответов, которые он искал.
— Я не знаю.
Самаэль медленно и лениво провёл пальцем по краю моих трусиков. Его пальцы закружили, скользнув по моей талии к бёдрам. Моё тело вибрировало, словно наэлектризованное.
— Я не знаю, — повторила я. Я просто хотела ощутить его в себе.
Но он растягивал процесс. Его ладонь поднялась обратно к моему бедру, и он медленно водил костяшками пальцев по внутренней стороне моей ноги.
Боже, мне нужно больше контакта. Я почувствовала, как мои ноги раздвигаются. Моё дыхание становилось учащённым, сердце бешено колотилось. Мне нужно было ощутить его между ног.
Он продвигался выше, но всё это было мучительно медленным. Он пытался свести меня с ума.
— Самаэль, — прошептала я.
— Ты получишь то, что нужно тебе, только тогда, когда дашь то, что нужно мне. Что ты такое?
Наконец, Самаэль нежно провёл кончиками пальцев по шёлку между моих ног. Низкий прерывистый стон сорвался с моих губ. Я сделалась скользкой от желания. К моему раздражению, он прикасался томительно нежно, мучая меня. Пока он поглаживал шёлк между моих ног, мои соски продолжали задевать простыни подо мной. Моё тело тряслось от отчаянного желания, бёдра двигались ему навстречу, требуя контакта. Он снова убрал руку.
Одна его рука стиснула мои волосы, удерживая на месте. Другая легонько гладила, мучая меня. Наконец, Самаэль медленно снял мои трусики.
Задыхаясь, я прокричала его имя.
***
Мои глаза распахнулись, и я оказалась одна, переводя дыхание. Одна моя рука оказалась в трусиках, и я спала поверх одеяла. Утренний свет лился в окно. Будучи дезориентированной, я села и окинула взглядом комнату. Знамя по-прежнему висело на стене, абсолютно целое. Меня охватило разочарование.
Я убрала руку. Нет, хорошо, что это лишь сон. В конце концов, Самаэль не готов был признать, что я ему нравлюсь.
Этот высокомерный ублюдок-ангел реально проник в мою голову, что раздражало до глубины души. И тревожило. Возможно, чем больше я его целую, тем более зависимой от его прикосновений я становлюсь.
Если я собиралась существовать в опасном мире Падших, я не могла поддаваться сексуальной одержимости.
Свесив ноги с края кровати, я встала и пошла в ванную. Я собиралась принять очень холодную ванну перед тем, как вновь встретиться с Самаэлем этим утром.