Системщица подняла лицо к чуть синеватым небесам, по которым бежали редкие облака. Она почувствовала, что Иммор внезапно ушел куда-то очень далеко. Наблюдать, как любимый упивается силой, было забавно. Портальщик, вечно жалующийся на ограниченный запас магической энергии, получил доступ к бездонным резервуарам Патриархата. Но с этого и началось… что-то. Ментальная связь между ними крепла и усиливалась, девушке зачастую сложно было отстоять свое мнение в споре с Мортисом, да и споры, как таковые, у них теперь почти не случались — она просто соглашалась, что было так для нее не характерно. Дальше — больше. Сердечник, отозвавшийся на ее присутствие, и Мортис, виртуозно выстраивающий систему управления кораблем.
— Вы опечалены, госпожа? — раздался сзади тихий вкрадчивый голос. Обернувшись, Эяна увидела Расана Геро. Техник стоял, кутаясь в плащ.
— Задумчива, Расан, — вздохнула девушка, отворачиваясь.
— Но думы ваши печальны, госпожа, — подошедший техник также облокотился на ограждение, встав рядом с Эяной. — Не нужно владеть телепатией или эмпатией, чтобы увидеть это. Вас гложет становление господина?
— Ты много на себя берешь, — холодно бросила графиня.
— Нет, госпожа. Не много. Я наблюдаю за вами все это время. Вы начали бояться господина. Это плохо. Но он ищет способ, как оградить вас от пагубного влияния своей ауры, — не повышая голоса, продолжал техник.
— Да, я знаю, — Эяна непроизвольно коснулась ладонью груди. С недавних пор там красовалась едва заметная Руна Крови. "Это поможет и защитит тебя".
— Поэтому не отстраняйтесь и не бойтесь. Любовь Вознесенного — это испытание, точнее полоса препятствий, — позволил себе ухмылку техник. — Но преодоление стоит того. Вы знаете это. Чувствуете.
— Мне надо обдумать твои слова, Расан. Оставь меня.
— Как пожелает госпожа, — техник поклонился и отошел. Татуировка, пересекавшая его лоб, вспыхнула и погасла.
"Расан, ты справился" — прозвенел в голове техника мелодичный голос.
"Спасибо, господин Виато".
"Затмение" вышло в точку встречи через сутки после отбытия из цитадели Мортис. Все это время Иммор провел в каюте, погруженный в глубокую медитацию. Попытка дозваться до Аэриса пропала даром — стрелок все еще находился в процессе получения чувственных удовольствий, а вот с Эяной удалось пообщаться. Девушка проводила большую часть времени на корабле, и даже ее моральное состояние вроде улучшилось, но Мортис был слишком толстокож, чтобы сказать наверняка. Во всяком случае, страх, четко просматривающийся в ее сознании на протяжении уже некоторого времени, отступил. И что-то неуловимо важное, пошатнувшееся после Вознесения, начало обретать былую стабильность. От мыслей Иммора отвлек гардемарин, подошедший к его каюте, но не рискнувший входить. Портальщик взмахнул рукой, и дверь плавно ушла в переборку.
— Я слушаю.
— Милорд, корабль вышел в заданную точку. Господин майор интересуется, не желаете ли вы…
— Желаю. Девок в главный грузовой ангар, — Иммор, за время полета изучивший каждый атом корабля, уже понял, что церемониться на этой посудине не с кем, и без зазрения совести позволил себе отдавать приказы экипажу. Дождавшись, когда гардемарин уяснит свою задачу, Иммор укутался порталом, как коконом, и исчез. Боец моргнул, впечатлившись, и быстро передал указания мага по переговорному устройству.
Мортис улыбнулся, наблюдая, как торопится майор. Офицер передвигался почти бегом, цепляясь за углы неуставным комбинезоном, и едва не сломал себе шею, оступившись на трапе. Но в просторный отсек, который на корвете использовали как трюм, он попал одновременно с тремя стазис-ящиками. В этих ящиках и перевозились рабыни.
— Милорд Мортис! — натянуто улыбнулся офицер.
— Майор Сайде, где же наши визави?
— Не могу знать, милорд. Процедура стандартная: ожидаем в течение трех суток. Покупатели были предупреждены…