— А потом ты все равно выкрутилась, — мягко закончила за меня Лирали. — Как и всегда.
Я приоткрыла один глаз и посмотрела на нее. Усталость, которую я заметила раньше, теперь была заметнее. Под глазами пролегли тени, которых прежде не было.
— Ты в порядке? — спросила я.
— Конечно, — слишком быстро ответила она. — Просто устала. Подготовка к сегодняшнему балу оказалась… серьезной.
Следующие несколько часов растворились в вихре роскошных процедур. После купания меня отвели в зал, вырезанный из того же розового камня, где кожу отшелушивали скрабом с запахом растертых трав и соли. Затем последовал массаж маслами с едва уловимым радужным переливом, а после маска, которую, как уверяла Новали, делают из редчайшей глины с самых высоких пиков Астерии.
На протяжении всего дня Снотворцы оживленно болтали об Астерии, их голоса становились все воодушевленнее, когда речь заходила о доме.
— Каскады — самый прекрасный ориентир во всех доменах, — настаивал Веспер, нанося на мои плечи сверкающую пудру. — Отражения меняются каждую ночь, подстраиваясь под звезды.
— А Бассейны Снов, — добавила Новали. — Минералы в воде вызывают самые яркие и приятные сны, созданные из глубочайших желаний.
— А что насчет Лунадера? — спросила я, вспомнив приглашение, которое Зул получил всего несколько дней назад.
— Личный дворец Сирены, — пояснила Лирали, методично заплетая мои волосы ловкими, точными движениями. — Сегодня он примет самый элитный вечер небесного сезона.
— Захватывающе, — пробормотала я, чувствуя, как в животе затягивается узел тревоги.
— Сегодня всего лишь праздник, дорогая, не стоит волноваться, — заверила меня Новали, хотя ее взгляд на мгновение метнулся к Лирали.
— Смотрите, — внезапно сказал Веспер, подходя к окну. — Небо начинает проясняться.
Я подошла к нему, и дыхание вновь перехватило. Там, вдали, где облака разошлись, словно тонкая занавесь, в воздухе парило величественное сооружение. Его шпили и купола сияли серебром в угасающем свете, изящные мосты соединяли части, которые зависали отдельно друг от друга. Казалось, кто-то поймал саму суть лунного света и вылепил из него дворец.
— Лунадер, — благоговейно прошептала Новали.
Я не могла оторвать взгляд.
— Он прекрасен, — призналась я.
— Подожди, ты еще увидишь его вблизи, — сказал Веспер. — От внутренних залов захватывает дух. А сегодня, при полной луне и чистом небе, дворец предстанет перед тобой во всем своем великолепии.
— Кстати об этом, — продолжил он, и его глаза вспыхнули. — Нам сообщили, что каждый участник должен быть одет в наряд, вдохновленный его индивидуальным даром.
Он выпрямился, буквально вибрируя от гордости.
— Я работал над твоим платьем неделями. Никогда еще я так не гордился своей работой.
Веспер расстегнул чехол и вынул нечто, похожее на жидкий звездный свет, струящийся по его рукам. Я невольно ахнула и мягко улыбнулась. При всей моей нелюбви к этим мероприятиям, должна была признать, наряды начинали меня цеплять хотя бы своей безумной художественностью.
Платье было из прозрачной ткани, почти исчезающей на коже, покрытой сложной серебряной вышивкой, струящейся узорами, подчеркивающими каждый изгиб тела. Кристаллы густо ложились на лиф и стекали вниз по юбке, словно звездные реки, отражая свет при каждом едва заметном движении.
Вырез был структурированным и открывал плечи, подчеркивая ключицы. Тонкие расшитые бисером рукава спадали с плеч, добавляя текучести каждому движению.
— Это… — я не могла подобрать слов.
— Так же ошеломительно, как и ты, — сказал Веспер, поправляя кристальные бретели. — Словно ночное небо вплели прямо в твою кожу.
Я смотрела на свое отражение в зеркале в полный рост, установленном передо мной. Лазурные глаза сияли из-под темных ресниц, веки были покрыты серебряным мерцанием. Половина волос спадала волнами по спине, другая была заплетена сложными узорами на макушке с вплетенными перламутровыми кристаллами. Женщина в отражении была величественной, опасной, могущественной и почти неузнаваемой.
Мягкий стук в дверь разрушил момент. Еще один Снотворец в парадном наряде вошел, неся с собой серебряный поднос. На нем стоял высокий бокал с игристой жидкостью, в которой танцевали крошечные искры света.
— Праздничный напиток перед балом, — объявил он, низко поклонившись.
Мои Снотворцы начали собирать инструменты, готовясь уйти. Я приняла бокал с благодарным кивком, хрусталь приятно холодил пальцы.