Ужин прошел шумно и весело. Стол ломился от яств, которых я никогда не пробовала: то самое рагу, благоухающее диковинными специями, теплые лепешки, только что из печи, запеченные овощи в медово-перечной глазури.
Мы устроились на подушках вокруг низких столов, составленных кругом. Я оказалась между Лайлой и одним из близнецов — Дави, братом Дары.
— А какой у тебя дар? — спросил он, стоило мне присесть.
Я чуть не поперхнулась первым же куском. Огляделась, ожидая увидеть ту же неловкость, что возникла после вопроса Дары об Испытаниях, но ничего подобного не заметила. Все смотрели на меня с нескрываемым любопытством.
— Дары у нас не табу, — вмешалась Нури, явно считав мое замешательство. — Запретна лишь судьба, что постигает тех, в ком они пробуждаются.
Зул кашлянул, поправляя воротник.
— Это… сложно, — ответила я Дави.
— А можешь показать? — не отступал тот.
— Дави, — мягко пожурила его Лайла. — Дай гостье поесть.
— Все в порядке, — сказала я, хотя полной уверенности не чувствовала. Я взглянула на Зула, вопросительно вскинув бровь.
Он на мгновение задумался, затем едва заметно кивнул.
Отложив ложку, я сосредоточилась и сложила ладони лодочкой. Потянувшись к источнику силы внутри — теперь, после месяцев тренировок, это давалось легче, — я вызвала к жизни крошечную точку света. Не больше светлячка, она парила над моими руками, пульсируя серебристо-голубым.
По столам пронесся шепот и вздохи. Глаза Дави стали размером с блюдца.
— Красота какая, — выдохнула Лайла, а ее малыш потянулся к огоньку крошечными пальчиками.
— Звездный огонь, — провозгласила Нури, и ее голос разнесся по всей комнате.
Я сжала ладони, гася свет, пока тот не разгорелся сильнее.
— Так, пустяковая забава, — бросила я, чувствуя себя неловко под общим вниманием.
— Едва ли, — заметил Тэллер, поднимая чашу в тосте. — За таланты, старые и новые!
После ужина, когда младших детей уложили спать, взрослые собрались в небольшой комнате рядом с гостиной. Тэллер достал наборы резных костей и доску, испещренную сложными узорами.
— Ташара, — объявил он. — Старейшая игра в нашей деревне. Играли во что-то похожее в Солткресте, Тэйс?
— У нас были кости и карты, — ответила я, наблюдая, как он расставляет резные фишки по клеткам. — Но ничего похожего на это я не видела.
— Все довольно просто, — пояснила Лайла. — Кости определяют, на сколько шагов можно передвинуть фишку. Цель — захватить фигуры противника, оберегая свои.
— Расчет и удача, — добавила Амара, устраиваясь рядом с мужем. — Совсем как в жизни.
Зул сел слева от меня.
— Осторожнее, — прошептал он. — Тэллер жульничает.
— Я все слышал! — запротестовал Тэллер. — То, что ты продуваешь партию за партией, еще не значит, что я жульничаю, принц.
— Каждый раз? — я насмешливо взглянула на Зула. — Могучего Принца Смерти обставляют в простой игре в кости?
— Стратегия никогда не была его сильной стороной, — проскрежетала Нури, опускаясь на подушку с помощью Лайлы. — Уж больно он порывистый.
— Я не порывистый, — возразил Зул, хотя сам при этом смеялся.
— Да неужели? — глаза Амары задорно блеснули. — Может, напомнить всем случай с рыболовецкой лодкой?
Зул выгнул бровь.
— Обязательно?
— Боюсь, что так, — с усмешкой подтвердила Амара. — Тэйс должна знать, с каким человеком она связалась.
— Ну, такое я просто обязана услышать, — сказала я, с интересом подаваясь вперед.
Тэллер расхохотался.
— Это было много лет назад. Сколько тебе тогда было, двенадцать? Зул во что бы то ни стало решил доказать, что наловит больше рыбы, чем кто-либо в деревне.
— Вполне разумное стремление, — вставил Зул.
— И он «одолжил» лодку старого Томара, — продолжила Амара, изображая пальцами кавычки.
— Без спроса, — добавила Лайла.
— Незначительная деталь, — отмахнулся Зул.
— Он вывел ее на глубоководье, — подхватил Тэллер, широко жестикулируя, — туда, где идет крупная речная рыба. Вот только он никогда раньше не ходил по тем водам.
— Я много раз за этим наблюдал, — возразил Зул.
— Наблюдать и делать — вещи разные, — назидательно произнесла Нури, погрозив ему пальцем. — В чем он и убедился, когда течение подхватило лодку и понесло прямиком в плакучие ивы на дальнем берегу.
— Лодка перевернулась, — Амара уже едва сдерживала смех, — и нашего будущего Принца Смерти нашли висящим вверх тормашками на ивовой ветке. Он запутался в леске, и при нем не было ни единой рыбешки.