Я подчинилась, охваченная смесью предвкушения и нервной дрожи. Позади я слышала его тяжелое дыхание и чувствовала жар его тела, когда он устроился между моими разведенными бедрами.
Его рука скользнула по позвоночнику, почти нежно, пока не достигла бедра, там его хватка сжалась до упоительной боли.
— Ты понятия не имеешь, как красиво выглядишь, — сказал он. — На коленях передо мной. В ожидании, когда тебя возьмут.
Я почувствовала, как он наклонился надо мной, прижимаясь грудью к моей спине, и прошептал в ухо:
— Но этого недостаточно.
Воздух в комнате внезапно похолодел, и я ощутила знакомый прилив его силы. Послышался шорох — я подняла взгляд и увидела призрачные формы, материализующиеся из тьмы под потолком. Руки, десятки рук, окутанные тем же эфирным мраком, что всегда сопровождал Стража Проклятых.
— Что ты… — начала я, но осеклась: первая призрачная рука сомкнулась на моем запястье. Ее прикосновение было прохладным, но вполне осязаемым — она намертво пригвождала меня к месту.
— Страховка, — пробормотал Зул, и в его голосе прозвучало явное удовлетворение. Из тени материализовались новые руки: одни перехватили второе запястье, другие скользнули по бокам, третьи принялись выводить узоры на спине.
— Моя личная армия, — прошептал он, прерывая мои мысли и наблюдая за тем, как одна из кистей мертвеца оглаживает изгиб моего бедра, — готова удерживать тебя, пока я буду делать с тобой все, что захочу.
Его рука скользнула между моих бедер, обнаружив, что я стала еще более влажной, чем прежде.
— Боюсь, тебе это слишком нравится, — заметил он. — Подчиняться. — Его пальцы лениво исследовали меня, будто в его распоряжении была целая вечность.
Одна из мертвецких рук вплелась в волосы, запрокидывая мою голову.
— Я хочу видеть твое лицо, когда ты кончишь, — объяснил Зул. — Хочу смотреть, как ты рассыпаешься в моих руках.
Его слова вызвали новую волну трепета, тело инстинктивно отозвалось на извращенное обещание в голосе. Я почувствовала, как он приставил член к самому входу, и от тупого давления непроизвольно напряглась.
— Расслабься, — прошептал он, поглаживая меня между бедер свободной рукой. — Иначе будет больнее, чем нужно.
Я заставила себя дышать. Мертвецкие руки сменили хватку: одни ласкали грудь, другие проводили прохладными пальцами по внутренней стороне бедер. Контраст между их ледяными касаниями и обжигающими ладонями Зула сводил с ума, ощущения атаковали со всех сторон сразу.
Как только напряжение покинуло мое тело, он начал толкаться. Растяжение обжигало, несмотря на всю мою готовность.
Я не могла пошевелиться. Не могла коснуться его, отстраниться или даже сдвинуться навстречу той ноющей потребности, что росла между бедер. Руки держали меня крепко, не давая податься назад, чтобы принять его глубже, оставляя меня полностью в его власти, как он и обещал. И тут произошло нечто странное. В голове воцарилась тишина.
Та вечная настороженность, которую я носила в себе, изматывающая нужда предугадывать каждую угрозу, каждый подвох, каждую проблему — все это вдруг перестало иметь значение. Выбор был сделан. Больше нечего было просчитывать, не от чего было защищаться.
Хлынули слезы, но в тот же миг меня накрыло облегчение. Я так дико устала. Каким тяжелым был этот непрекращающийся контроль. И здесь, пригвожденная и беспомощная, я наконец-то могла перестать его нести.
Сначала он двигался медленно, давая мне привыкнуть к своему размеру, но его терпения хватило ненадолго. Вскоре он задал изнуряющий ритм. Каждый толчок становился все глубже, достигая тех уголков внутри, о существовании которых я и не подозревала. Руки мертвецов двигались в такт его движениям: одни сильнее сжимали запястья, другие дразнили соски, шею, бедра — они стали продолжением его воли, касаясь меня везде и сразу.
— Проклятие, — прошипел он. — Такая тугая. Идеальная.
Рука, вцепившаяся в мои волосы, не отпускала, удерживая мою голову так, чтобы Зул видел каждое изменение в мимике. Другая скользнула под меня, кружа по клитору и срывая с моих губ стоны
— Посмотри на себя, — прорычал он сорванным голосом. — Знаешь, как ты сейчас выглядишь, звездочка? Когда так послушно принимаешь мой член? — его ладонь опустилась на мою ягодицу с резким шлепком, отозвавшимся во всем теле волной шока.
Вылетел очередной стон, который я не смогла подавить.
— Ты выглядишь так, будто принадлежишь мне.
Боги, от этих слов мне хотелось просто рассыпаться в прах.
— Скажи это, — потребовал он. — Скажи, что ты моя.