Бога больше не было. Совсем. Вообще. Так, словно он никогда и не существовал.
Мой беспомощный брат убил его.
Клятва
Мир вывернулся наизнанку, и мы оказались где-то в другом месте.
Я с силой ударилась о пол. Магическая веревка впилась в запястья, перекрывая поток силы прежде, чем я успела хотя бы подумать о том, чтобы к ней потянуться. Рядом рухнул Тэтчер.
Вздохи. Шепот. Десятки голосов, захлестывающих волной шока и отвращения.
Я подняла голову и увидела, что мы в огромном зале с высокими потолками, отполированными полами, скамьями, заполненными другими участниками Испытаний. Все они уставились на нас с широко раскрытыми глазами и отвисшими челюстями.
Точно. Мы были в крови. С головы до ног. В крови Дрэйкора. Мне не хотелось даже думать о том, какие еще его части могли все еще прилипать к нам. Боги. Что же Тэтчер с ним сделал?
— Двигайся, — рыкнул страж за моей спиной, толкая меня вперед. Другой страж схватил Тэтчера за руку и потащил в противоположную сторону.
Категорически, блядь, нет.
— Нет, — слово вырвалось из горла. Я уперлась ногами в пол, отбрасывая вес тела назад. — Вы нас не разлучите.
Хватка на моей руке усилилась, но я рванулась сильнее.
— Я перебью здесь всех, если вы снова заберете его у меня.
По рядам Благословенных пробежал новый шепот. Отлично.
— Не с этой веревкой на запястьях, — сказал страж, дергая меня вперед.
Веревка. Как и сам дворец, она лишала меня магии. Но он глубоко ошибался, если думал, что это помешает мне причинить ему боль.
— Думаешь, я не найду более изобретательных способов тебя прикончить? — прорычала я, вбивая локоть ему в ребра. Он хрюкнул, хватка ослабла ровно настолько, чтобы я смогла вывернуться и броситься к Тэтчеру.
— Да просто посадите их в одну камеру, — фыркнул страж, державший моего брата. — Все равно они не могут пользоваться своей силой.
— Ага, послушай своего дружка, — огрызнулась я в сторону моего стража, который уже снова тянулся ко мне.
Нас обоих швырнули за дверь, и страж за моей спиной затянул веревки на запястьях так, что я выругалась, прежде чем наконец отпустить меня. И только после этого дверь за нами захлопнулась.
Я обернулась к Тэтчеру, и сердце защемило.
Он выглядел… пустым. Кровь запеклась в его темных волосах и ржавыми дорожками стекала по лицу. Но глаза. Они были стеклянными. Смотрящими в пустоту. Словно он ушел куда-то очень далеко и еще не нашел дорогу обратно.
Я потерла запястья, наблюдая, как исчезают следы от веревок. Это место ничем не напоминало подземелье, где я очнулась в первый раз. Здесь было чисто. Уютно. На отполированном столе стояли хрустальные кубки. На полках над ним находились бутылки с разными жидкостями. Небольшая зона для отдыха и ни единого пути к отступлению, кроме двери, которая только что захлопнулась.
Я направилась прямо к бутылкам, выдернула пробку и понюхала. Алкоголь. Достаточно крепкий, чтобы жечь. Подойдет.
Я сделала большой глоток, и жидкий огонь скользнул по горлу. Повернулась к Тэтчеру, протягивая бутылку.
Он не взял ее. Даже не заметил, что я рядом.
— Тэтчер, — голос сорвался, стал хриплым. — Нам нужно придумать план.
Он медленно моргнул, будто пытался заставить зрение снова обрести четкость.
— Тебя вообще ничего не беспокоит?
Я едва не рассмеялась.
— Можно и так сказать, я крайне обеспокоена. Вот поэтому и пью, — я снова протянула бутылку. — Тебе это тоже не помешает.
На этот раз он взял ее, но руки его дрожали так сильно, что я испугалась, что сейчас выронит. Он не стал пить.
— Я не понимаю, что произошло, — наконец сказал он. — Мне было больно, а потом… — он замолчал, снова уставившись в пустоту.
— Ну, по крайней мере, ясно, что ты вовсе не такой уж беспомощный.
— Как это вообще возможно? Какая сила способна на такое?
Алкоголь начал выжигать панику.
— Если уж искать плюсы… по крайней мере, это не проявилось, пока мы были в Солткресте. Вот это был бы бардак.
Черный юмор прозвучал неуместно даже для меня самой, но мне нужно было хоть что-то, чтобы стащить его с того обрыва, на краю которого он стоял.
— Тэйс.
— По этому ублюдку никто не будет скучать, — я пожала плечами.
— Пожалуйста, будь сейчас серьезной.
Опустошение, просачивающееся через нашу связь, хлестнуло меня, как кнутом. Я потянула его за руку, и мы опустились на небольшой диван.