— Тэтчер, пожалуйста…
— Мы близнецы, Тэйс. Мы пришли в этот мир вместе, — его голос был низким. — И покинем его тоже вместе.
— Именно ты должен выжить, Тэтчер.
— Потому что ты так сказала? — он схватил меня за руки, не отпуская, когда я попыталась вырваться. — Если ты идешь за Олинтаром, я иду с тобой. Мы планируем вместе, сражаемся вместе, и если мы умрем… — его хватка стала сильнее, — мы умрем вместе.
Возражение застряло у меня в горле. Потому что я знала этот взгляд. Слишком часто видела его в зеркале.
— Ты идиот, — прошептала я.
— Семейная черта.
Мне хотелось спорить дальше, отговорить его от пути, который я выбрала. Но когда я посмотрела на него, я увидела тот же огонь, что горел во мне. Ту же потребность в чем-то большем, чем просто выживание.
— Ради Сулина? — тихо спросила я.
— Ради Сулина, — согласился он. — И ради нас. На наших условиях.
Я медленно кивнула.
— Тогда нам нужно быть умнее. Заставить их думать, что мы сломлены. Убедить их, что они победили.
— Пусть недооценивают нас.
— До самого конца.
— Мы переживем Испытания. Мы узнаем все, что сможем, об их мире, их слабостях, их страхах. Мы будем бдительными, покладистыми, идеальными подопечными. И когда мы наконец встретим Олинтара, — сказала я, и его имя на языке отдало гнилью, — мы уничтожим силу, которая запустила все это с самого начала.
Тэтчер медленно выдохнул.
— И если нам каким-то образом удастся это провернуть?
Я подумала об этом — о мире без тирании, без Испытаний, без постоянной угрозы, нависающей над каждым, кто проявлял хотя бы намек на силу, о которой он никогда не просил.
— Тогда, возможно, другим семьям не придется проходить через то, что прошли мы.
Тэтчер кивнул.
— Ради такого стоит умереть.
— Стоит, — согласилась я.
Айсимары думали, что захватили двух перепуганных смертных.
Они даже не подозревали, что на самом деле выпустили на волю.
После Бури
Ну что ж. Нас не убили. Пока что.
— Вы двое, безусловно, устроили немалый переполох, — сказала Лирали, и в ее голосе слышалось откровенное веселье.
Мы провели в той стерильной комнате всю ночь. Ни один из нас не спал. Каждый раз, когда я закрывала глаза, я видела, как Дрэйкор взрывается. Тэтчер большую часть ночи смотрел на свои руки, как на чужие.
Когда утром за нами наконец пришли стражи, я была уверена, что нас тащат на убой. Сердце колотилось о ребра, пока они волокли нас через коридор за коридором, сжимая так крепко, что наверняка остались синяки. Я пыталась поймать взгляд Тэтчера, но нас держали порознь, под надзором разных стражей.
Пока мы не остановились у двери, которую я узнала. И по ту сторону стояла Лирали с тем самым понимающим, слишком спокойным для происходящего выражением лица.
Тэтчера увели в его гардеробную дальше по коридору, и я успела заметить эфирных существ с такими же, как у моей команды, глазами, полными звезд. Еще Снотворцы.
Я заставила себя сделать вдох и сосредоточиться на договоре, который мы заключили с Тэтчером. Играть роль. Узнать все, что возможно. Выжить достаточно долго, чтобы обратить их же знания против них. Если я собиралась собирать информацию, этим людям нужно было видеть во мне покорность. Даже благодарность.
— С ним… о нем позаботятся? — спросила я, позволив настоящему беспокойству прозвучать в голосе.
— Команда Эмбер превосходна, — заверила Лирали, мягко направляя меня к креслу.
— Какая жалость, — Веспер появился рядом, с явным отвращением разглядывая мою измятую, запятнанную кровью одежду. — Это было одно из моих любимых платьев.
— Простите, — сказала я, и мне удалось произнести это так, будто я говорила искренне. — Все произошло слишком быстро.
— По крайней мере, ты жива, — он почти легкомысленно пожал плечами.
— Значит, — сказала я, устраиваясь в том же кресле, что и раньше, — полагаю, у Волдариса есть мнение по поводу вчерашнего?
Новали едва не подпрыгивала на месте, глаза у нее искрились возбуждением.
— Ты даже представить себе не можешь. Все только о вас и говорят. Близнецы из Солткреста, которые…
— Которые убили Дрэйкора, — сухо закончил Веспер, начиная расшнуровывать мое испорченное платье. — Довольно эффективно, как я слышал. Мгновение, и он там, весь такой… обаятельный, как обычно, а в следующее… — он неопределенно махнул рукой. — Шмяк.
Я уставилась на него.
— Вы не выглядите особо расстроенными.
— Расстроенными? — Лирали рассмеялась. — Да половина королевства сейчас, скорее всего, закатывает вечеринки.