— Некоторые пропускают цикл. Это… политика, — его губы скривились в отвращении. — Те, кто впал в немилость, исключаются. Те, чьи силы Олинтар желает продемонстрировать, включаются. Комбинации каждый раз меняются, чтобы то, что сработало в прошлых Испытаниях, стало бесполезным знанием.
— И как нам готовиться к тому, что невозможно предсказать?
— Никак, — он перевернул страницу. — Мы строим обоснованные предположения исходя из личностей и сфер влияния, а затем надеемся, что угадали.
Я наклонилась вперед, внимательнее изучая письмо. Официальная печать. Безупречный почерк. Дата… всего через семь дней.
— У нас всего одна неделя.
— Поразительная наблюдательность.
От его сарказма я стиснула зубы.
— Что могут создать Давина и Торн вместе?
Зул закрыл книгу и отложил ее в сторону.
— На самом деле, нам повезло с этой парой, — в его голосе звучало откровенное удовлетворение. — Природа и Алхимия, к этому я могу тебя подготовить.
Я приподняла бровь, удивленная внезапной переменой в его голосе.
— Ты звучишь почти оптимистично.
— Не путай прагматизм с оптимизмом, звездочка, — он вздохнул. — Не удивлюсь, если другие комбинации Испытаний окажутся настолько расплывчатыми, что толком научить тебя чему-то конкретному будет невозможно. Они предпочитают именно такое.
— Тогда на чем мы сосредоточимся?
— Давина превыше всего ценит уважение к естественному порядку, — произнес он таким тоном, будто я обязана была это знать. — Она презирает тех, кто стремится подчинять, а не жить в гармонии с природой. Ее Испытания обычно связаны с выживанием, адаптацией, доказательством того, что ты понимаешь свое место.
— А Торн?
— Искусность. Алхимия. Превращение низшего в нечто большее, — Зул постукивал по столу пальцами. — Он ценит изобретательное использование инструментов. Новаторство. Его задания обычно требуют, чтобы участники изменяли или сочетали магические артефакты способами, для которых те изначально не предназначались.
Зул снова поднял книгу.
— Торна легко читать. Он напыщенный. Зациклен на демонстрации своего интеллектуального превосходства.
— Звучит знакомо, — пробормотала я себе под нос, но знала, что он меня услышал. — Так чт…
Голоса из коридора прервали меня на полуслове. Зул с легким раздражением перевел взгляд к дверному проему.
Эйликс уверенно вошел в обеденный зал, с той самой яркой улыбкой на лице. Следом за ним шла молодая женщина, которую я узнала по Избранию — высокая и стройная, с резкими чертами лица и длинными черными волосами, стянутыми в тугую косу. От нее веяло сдержанной угрозой: в осанке, в каждом движении, в холодном расчете ее темно-серых глаз, скользнувших по залу. Когда ее взгляд остановился на мне, я почувствовала себя добычей, которую оценивают перед броском.
Она не заговорила. Даже не вошла в помещение. Просто прислонилась к дверному косяку.
— Полагаю, вы получили уведомление? — спросил Эйликс, усаживаясь на один из стульев без приглашения.
— К сожалению, — с изящным презрением ответил Зул.
— Прекрасно. Я подумал, что сегодня вечером мы могли бы взять Тэйс и Маркс на выслеживание.
— Какая скука, — пробормотал Зул. — Уверен, ты справишься и без меня.
Взгляд Эйликса переместился на меня, и на его лице промелькнуло неохотное сочувствие.
— Гончие Скорби сегодня особенно активны. Идеальные условия, чтобы учиться читать следы и двигаться бесшумно.
— Я сказал «нет».
Отказ прозвучал как пощечина. Передо мной была возможность научиться чему-то действительно полезному, а он отмахнулся от нее. Из-за чего? Лени? Злобы? Я поднялась прежде, чем успела себя остановить.
— Я пойду, — сказала я твердо. — Даже если он не хочет.
Глаза Зула встретились с моими. Едва заметная улыбка изогнула его губы.
— Что ж, приятного вам вечера, — произнес он, поднимаясь из-за стола. — Постарайтесь, чтобы вас не сожрали.
И с этим очаровательным напутствием он направился по коридору, оставив меня наедине с ними двумя.
Тропа под нашими ногами сменилась с ухоженного камня на утрамбованную землю и вилась между деревьями, чьи кроны терялись высоко над головой. Серебристая кора ловила лунный свет, отбрасывая странные тени, которые колыхались при каждом нашем шаге.
Позади меня бесшумно двигалась Маркс. Я обернулась проверить, идет ли она все еще за мной, и встретилась с ее темными глазами. Когда я слегка споткнулась о корень, она не отреагировала. Когда Эйликс указал на сломанную ветку и объяснил, что направление излома показывает, куда двигалась добыча, она лишь коротко кивнула. И все. Ни комментариев, ни вопросов.