Вальде с тревогой посмотрел в ту сторону, но ослушиваться приказа Кристофера не стал, понимая, что. скорее всего, уже ничего нельзя было спасти, поэтому приказал всем стражникам, что были возле него, взять ситуацию в городе под контроль, а личную гвардию под предводительством первого заместителя Атрокса отправиться в срочном порядке в поместье на помощь эрцгерцогу.
— Простите меня, господин. Надеюсь, с вами все будет в порядке, — он с сожаленьем в глазах посмотрел в последний раз на поместье, поймал первую же карету и помчался как можно дальше отсюда в сторону, где их никто не поймает.
В это же время перед входом в поместье возле центрального фонтана стоял едва дышавший Кристофер Леманн, едва сжимая своими руками меч. Весь ободранный, усталый и израненный, вокруг же него одиноко валялись трупы поверженных стражников и гвардейцев, среди которых, словно король, находился человек.
— Каким ты стал жалким и слабым, Крис, — с улыбкой на лице произнося это, он стоял словно мясник, добивал последнего выжившего у своих ног.
Только где-то вдали слышались еще последние звуки битвы, приглушавшиеся треском бушующего пламени.
Кристофер хотел что-то на это ответить, но губы от усталости уже пересохли и было сложно что-то вымолвить, тем не менее он все же постарался: — Как погляжу, ты совсем не изменился, Карл, — едва держась на ногах, он все же постарался ответить. — Все такой же низкий и жадный до власти. Всегда пытаешься забрать то, что тебе так по нраву.
— О, да, ты прав, — с нескрываемым удовольствием произносил он это. — Я всегда беру то, что причитается мне.
Он вальяжно подошел к Кристоферу, смотря с гордостью на него сверху-вниз, показывая свое превосходство и могущество — я король, ты лишь пешка в моих рукха.
— Но я все же не ты. Не стану лгать и обманывать ради своих целей. Сначала Аделхейт, а теперь Валерия?
Грозный взгляд устремился в его сторону, от чего Кристофер полностью потерял силу в ногах и упал на колени.
— Ты уже погубил одну жизнь однажды и во второй раз этого сделать не позволю, — он уперся руками в меч, облокачиваясь на него. — Если бы ты только не...
— Замолчи. Слышать от тебя подобное тошно. Ты предал меня и заслуживаешь только одного — смерти, —произнес Карл и одним быстрым ударом прервал жизнь Кристофера. — Был вторым, стал первым... Покойся с миром, брат.
Глава 4
В трясущейся карете Вальде с беспокойством, но аккуратной выдержкой осматривал госпожу под размеренный топот лошадиных копыт. Они направлялись к ближайшему сподвижнику, соратнику и просто хорошему другу эрцгерцога барону Казимиру фон Даффену, название семейства которого получил в честь города, в котором работал бургомистром, Даффен. Баронство он получил еще тридцать лет назад, когда в тяжелые для королевства времена при многолетней войне с Фландрелом, сумел наладить крупномасштабную торговлю с южными островными государствами. В тот момент стояла острая нехватка провизии, медикаментов и амуниции, запасы которых были истощены продолжительной и бескомпромиссной войной, и несомненно благодаря его решительным действиям и личным качествам не только, как торговца, но и дипломата Казимир поднялся как в финансовом плане, став одним из самых богатых и влиятельных людей в государстве, так и в политическом, получив даруемый самим королем почетный наследуемый титул дворянства. Даже для тех, кто не особо жаловал подобное расточительство Солнцеликого, как принято было называть по традициям государя, а чтил только наследие крови, он оставался единственным исключением среди небольшого множества подобных ему людей, которого сильно уважали, пусть и не высказывая подобное вслух. В целом барон был деловым и очень надёжным, не раз выручал в трудных ситуациях отца и всегда был иконой благодетельности. Человек и слова, и дела.
Вальде закончил осмотр и пришел к выводу, что состояние госпожи не критичное, но довольно неприятное для нее — ушиб головы, спины и растяжение мышц плеча. Не тяжелое, но для молодой госпожи, которая совсем не готовила свое тело к физическим нагрузкам и подобного рода увечьям да и еще в столь раннем возрасте, может быть крайне болезненным опытом.