— Высади здесь, — указал Вальде, беря госпожу на руки. — Сдачу оставь себе.
— А? Хорошо, — удивленно произнес кучер, притормозив коней, но отказывать не решился. — Если что-то будет нужно, господин, то ищите меня в возле таверны “Ветрянной погонщик”. Мое имя Карл, не забудьте!
Он помог им высадится, а затем неторопливо откланялся и, насвистывая под радостный тон песню, направился дальше по улице, оставив Вальде на противоположной стороне от собравшейся у ворот толпы улице.
Вальде, аккуратно придерживая госпожу на руках, прижимая к своей груди, осмотрел это скопление людей.
— Как быстро меняются люди, когда они теряют последние средства для существования. От любви до ненависти, как говорится... Хах, да... — произнес что-то про себя оборванец, будто озвучивая мысли Вальде вслух.
— И вправду, — согласился он с ним и кинул звонкую монету тому в руки, не обращая особого внимания. — Тебе будет это важнее, чем мне. Так что мой тебе совет — лучше езжай куда-то подальше.
Вальде понимал, что то, что недавно произошло в Оберрайхе будет только началом. Началом чего-то более серьезного и чтобы облегчить свою ношу, что легла тяжелым грузом на него, он решил помочь в последний раз хоть кому-то.
— Спасибо, сударь, — странно улыбнувшись и прикрыв лицо своей дырявой шляпой, он поблагодарил в ответ. — Вы подарили мне вторую жизнь.
После чего Вальде, заботливо прижав голову госпожи к своей груди и побдирая ее ноги, окутанные подолом платья, быстро перешел оживленную улицу и решительно стал протискиваться сквозь столпотворение. И пройдя наконец через все это скопление людей к первым рядам, он отчетливо услышал, как солдаты разгоняли собравшуюся массу пусть и с трудом под возгласы командира, стоявшего сзади:
— В сторону! Не загораживайте проход!
Он хотел бы применить силу, но приказа такого выше не поступало, так что и необходимости в этом не было.
— У нас отняли все, а бургомистр даже не шевелиться! На что нам жить?! — выкрикнул кто-то из толпы, махая кулаком, а люди волной и осудительным свистом подняли его порыв.
— Господин бургомистр барон Казимир ван Даффен в первом порядке решает текущий вопрос! — заготовленным видно ответом отвечает всем собравшимся командир, стараясь не накалять обстановку. — Поэтому прошу вас немного подождать, все будет решено в кратчайшие сроки!
Но толпа не слушала его, ожидая явно чего-то большего, чем просто слова какого-то командира стражи резиденции.
Вальде с внимательностью слушал это, но дела до этого не было, ему нужно было попасть в поместье и как можно скорее. К счастью для него стража их пропустила, перед которым последовал четкий приказ командира, на что люди еще больше взбунтовались.
Вальде сидел на диване в обширной, просторной гостинной, уткнувшись своим взглядом в стол, явно что-то обдумывая, пока рядом аккуратно лежала госпожа на мягкой тахте чуть поодаль. И пока мысли заполоняли голову, его отвлек чей-то радостный возглас:
— Господин Вальде!
Это был тот самый барон Казимир ван Даффен — небогато, но со вкусом разодетый, старый, худощавый старичок, который пустил свою седовласую бороду прямо до пупка. Барон резкими и четкими шагами быстро подошел к нему и крепко, чуть ли не до хруста костей, обнял его — пусть и старый, но далеко не дряхлый, явно следивший за своим телом.
— Господин Вальде! — повторил он, похлопывая того по плечам. — Как же рад я вас видеть, господин Вальде! Сколько лет, сколько зи-и-им? — протягивая последнее слово, он наконец отпустил его. — Года берут свое, хотя вы все так же великолепно выглядите.
Барон не любил скрывать своих чувств и мыслей, когда это не касалось его работы, так что среди семьи, родственников и друзей, включая Вальде, которым он восхищался, он был тем еще правдолюбом и довольно открытым человеком.
Затем Казимир посмотрел с беспокойной украдкой своим острым, как кинжал, взглядом, выработанным за эти годы и ставшей привычкой, на госпожу Валерию и немного приубавил свой пыл, пережевывая что-то языком.
— Я уже слышал новости, дошедшие из Оберрайха. Тяжелый удар, — он подошел к столу и пальцами, на которых виднелись два перстня, рубиновый и изумрудный, провел по его краю. — Смерть эрцгерцога и восстание претендентов. Несомненно это сильный удар по королевству и его стабильности. А для юной госпожи эта потеря может сказатся еще сильнее. Из того, что я знаю, королевская секретная служба, как и эрцгерцогская, пытались этому помешать, но их структура оказалась еще хитрее и путанее, верно?