— Ой, Ди, мы долго, да?
— Кажется, что да. Давайте внутрь заходить, скоро нас позовут.
— А этот парень — то за тобой пошел, — Аня тыкает в меня пальцем, широко улыбается, и я готова поспорить, что багровая краска уже разлилась по моему лицу. Что за реакция такая? Мне абсолютно плевать на это, — успели поболтать?
— Аня, давай проходи и меньше разговаривай, а то у тебя сил на песни не останется.
Кирилл все еще стоял один, а администратор, по всей видимости, сквозь землю провалилась, иначе я не понимаю, почему она так долго проверяет нашу кабину. Девочки машут Кириллу, продолжая хихикать, а мысленно хочу их убить. Они ведь не трезвые, ляпнут что-нибудь сейчас, а стыдно мне будет.
— Привет, спаситель нашей подруги, — Ксю протягивает ему руку, и парень мгновенно реагирует, — не знаю, успела ли тебя поблагодарить Ди, но мы точно нет. Поэтому выражаем тебе свою благодарность сейчас.
— Не стоит, — он улыбается, и кажется, что улыбка украшает его лицо двадцать четыре часа в сутки, — настоящий мужчина никогда не пройдет мимо такой ситуации. Я сделал это только с той целью, чтобы защитить девушку, но благодарности это лишнее, правда.
Они кивают, а я ловлю себя на мысли, что опять засмотрелась на Кирилла. Да что со мной такое?
Замечаю, что он тоже смотрит на меня. Скользит взглядом по лицу, не опуская глаза ниже, а я чувствую, как грудь тяжело поднимается и отпускается от прерванного дыхания. Списываю это всё на алкоголь в крови и заставляю себя отвернуться от этих карих глаз, которые притягивают мое внимание.
В этот момент нас прерывает администратор, которая приглашает пройти в кабину, и я не замечаю, как девочки уже ушли за ней, оставляя меня одну. С Кириллом. Быстро собираюсь идти вслед за ними, но тяжелая рука останавливает меня, мягко перехватывая за запястье.
— Сбегаешь, как Золушка с бала?
— Меня за сегодня второй раз Золушкой называют.
Останавливаюсь, вытягивая из себя смешок. Зачем он задержал меня? Может, он считает, что если спас меня, то я ему должна? Но он же сам сказал что сделал это исключительно из мужского чувства долга спасти девушку. Или это только спектакль перед Ксю и Аней?
Он замечает смятение на моем лице и отпускает руку, показывая, что не хочет причинить вреда. Опять.
— Слушай, я понимаю, что это все выглядит странно, но, может, оставишь мне свой номер?
— Зачем?
В голосе слышится грубость, но Кирилл делает вид, что не замечает этого. Я и сама не хотела отвечать резко, но вся эта ситуация мне изрядно поднадоела. Кажется, что это все какой-то бредовый сон, сейчас я проснусь — и никакого Кирилла не существует.
— Затем, что ты понравилась мне. Хочу пообщаться с тобой, узнать поближе.
— Я старше тебя чуть ли не на десять лет, Кирилл. О чем нам общаться? Не думаю, что мы сможем найти хоть одну тему для разговора.
— Из-за возраста? — он ухмыляется, а я желаю как можно скорее закончить этот пустой разговор и вернуться к подругам, — неужели ты так стереотипно мыслишь и думаешь, что у меня в голове сейчас только девочки, гулянки и все то, о чем думают в моем возрасте?
— А разве это не так? Слушай, даже в пятьдесят у мужчин в голове все тоже, что и в восемнадцать, поэтому я не вижу смысла дальше продолжать этот диалог. Я очень благодарна тебе, правда, и буду благодарна всегда, но ты же не думаешь, что я чувствую своим долгом обязательно познакомиться с тобой? Ты, по всей видимости, хороший парень, но нам не стоит тратить друг на друга время. У тебя впереди еще много всего интересного, а я только и делаю, что всю свою жизнь посвящаю работе. Нам не по пути, понимаешь?
Только сейчас я заметила, как улыбка сошла с его лица и насколько он серьезен. В глазах больше не было ни намека на веселье, что, почему-то, заставило меня напрячься. Я не понимала, зачем продолжать все это, но все равно оставалась рядом и ждала, что скажет Кирилл.
— Ты ошибаешься на мой счет. Думаешь, я типичный студент, который только и знает, как пропить свою стипендию в очередном клубе?
— Ну, познакомились мы именно там.
— И ты судишь по одной ситуации? Диана, взрослая девочка, а ведешь себя хуже подростка. Кому тут из нас еще восемнадцать?
Выдыхаю. Ситуация, вообще нетипичная для меня, но это только раздражает. Я не могу сдвинуться с места, кажется, что меня держат невидимые цепи и я не могу пошевелиться, и пускает их никто иной, как Кирилл.
— Слушай, давай не будем продолжать это…
— Хорошо, — он поднимает руки вверх, словно сдается, — я все равно достану твой номер, и, если понадобится, узнаю, где ты живешь. Я не привык отступать, Диана, мне плевать, сколько тебе лет и что бы обо мне думаешь, я все равно найду способы доказать тебе, что ты ошибаешься на мой счет.