- Я эгоист, - принялся он севшим голосом, а после паузы добавил, - не хочу видеть рядом с тобой еще мужчин. Только я, только ты и наши дети. Никого более.
Я была поражена его признанием и не смогла ничего ответить в замен. Да от меня этого и не требовалось. Отчаянно хотелось пообещать, что кроме нас двоих в нашем союзе никого не прибавиться, ведь Тарс предупреждал, что мужей может случиться больше одного, такова особенность и вынужденность их расы, но не могла. Нутром чувствовала, что будет по-другому. Поэтому лишь прижалась крепче, обнимая самого нежного и внимательного мужа за талию, поглаживая ладонями его спину, шепча в грудь, как я счастлива, что встретила его и какой он потрясающий мужчина.
Тарс шумно дышал в макушку, укрывая меня своими большими руками, я вдыхала его потрясающий сугубо мужской аромат с легкой мускусной горчинкой и теплым флером прогретого хвойного леса и старалась запомнить, запечатать его у себя в душе.
- Я люблю тебя, - вырвалось тихо само собой, а в глазах стояли слезы. - Ты - мой самый первый, самый нужный и важный мужчина в жизни, мой спаситель и супергерой!
- Я тоже люблю тебя, даже сильнее, чем ваши земные представления об этом чувстве! Никогда до тебя я не испытывал и сотой доли того, что бушует внутри и хочет выплеснуться на одну маленькую тебя. Я каждый прожитый день благодарю Звезды и Мироздание за такой невероятный подарок! Ты - моя душа, мой свет и мой рай!
_______
Наше обоюдное признание связало и сильнее укрепило желание близости. Не только физической, но и духовной. Я всей душой стремилась к Тарсу, а он заботливо отвечал мне взаимностью. Мой первый, главный и такой родной, что глаза щипало от нежности и любви. Насытившись друг другом, ласками и тактильными признаниями, мы опять говорили. Много, долго, о будущем, о наших страхах и рисках.
Мне стала особенно приятно, когда Тарс спросил моего совета. Не просто поставил перед фактом, а поинтересовался моим мнением. Даже если я не сообщу ничего нового, даже если ляпну глупость, сам факт важности моего мнения для меня стал откровением и распахнул душу еще сильнее.
Муж сомневался в резонности держать всех эвакуированных жителей Земли в капсулах до конца полета. Исключением он назвал только детей, искренне опасаясь за целостность и сохранность корабля. И я его понимала, детское воображение может нарисовать уйму увлекательных вещей, которые захочется отвинтить, сломать, вынуть и так далее… Он не знал, как правильнее поступить и со своими бойцами, которые день и ночь вытаскивали выживших из-под завалов. Они тоже искренне надеялись на собственное счастье, которое многие собственноручно выкапывали или извлекали из совершенно невероятных мест.
Тарс поделился и наблюдениями дока, которые в очередной раз показали, что многие астарские мужчины чувствуют своих женщин. Но всегда оставалось одно НО. Что делать с остальными?
И тут здоровый и юный женский мозг подкинул следующее:
- Может выводить из сна постепенно? Скажем, что док проводит эксперимент и ему нужны определенные параметры для него. Сперва начнете выводить тех, кто сильнее прочих реагирует на свою пару. Потом остальных. И еще, что делать с мужчинами?
- Об этом я подумал, моя сладкая, - сидеть в обнимку с мужем и вот так запросто обсуждать судьбы других было очень непривычно. - Мужчин мы будем будить ближе к концу за исключением тех, кто уже связан с проснувшимися женщинами.
- А детей? У многих родные дети здесь!
- Постараемся уговорить, - заверил меня муж, - аргументов много: от все поломают, до спокойного обжигания в новой действительности родителей, а у детей психика более пластичная. Они адаптируются в разы быстрее и легче. Тем более, выведение из сна стоит делать в обстановке более комфортной и привычной для взрослых, которые будут нести ответственность за жизнь и здоровье молодого поколения. И еще, Тая, все не было возможности тебе сообщить. Моя мама Стелла, - муж замялся, подбирая слова, - она будет счастлива стать мамой твоим сестрам и тебе, если ты пожелаешь.
Я ошарашено смотрела на мужа, медленно переваривая его слова. У него есть семья. И он наверняка рассказал о нашей ситуации. И его мама, а то, что она потрясающая, я была на двести процентов уверена, раз вырастила такого сильного, ответственного и внимательного мужчину, первая предложила помощь, меня растрогало до глубины души.
Тарс напряженно наблюдал за сменой эмоций у меня на лице, поглаживая по руке и не разрывая тактильной связи. Я не могла поверить, что разделю бремя навязанной ответственности с кем-то, кто уже приобрел опыт и сможет подсказать, объяснить и направить. И мой вздох облегчения и поощрительная улыбка вывели из напряжения мужчину.