- Мы скоро станем родителями! - глядя прямо в мои чуть затуманенные глаза произносит Вайрак, а меня покрывает мурашками от этой новости.
Мозг буксует, переваривает долго, тщательно раскладывая слова и привязывая к ним смысл. Глаза потихонечку становятся больше и больше по мере понимания сказанного.
- Ребенок? - двигаю беззвучно лишь одними губами.
- Вот тут, - Мос целует мой живот, проводя чуть шершавыми пальцами по линии бикини.
А меня накрывает. Слезы радости, неверия, счастья, эйфории и облегчения льются сплошным потоком, затекая в уши. Через пару секунд я откровенно рыдаю с всхлипываниями и причитаниями “…наш, … получилось, … я так рада, …. мои любимые”! Мужчины в шесть рук гладят меня по всему, до чего могут дотянуться, убирают слезы пододеяльником, шепчут нежности. А я рыдаю от неожиданного облегчения, что моя самая большая и желанная мечта, которой без малого десять лет, наконец-то сбылась. Мне и жалко ее отпускать и боязно. И одновременно счастливо и легко. Душа разрывается на части под давлением эмоций, вываливая на мужчин потоки слез и соплей. Но с ними приходит и освобождение. Я могу улыбнуться. Отпустить страхи вместе с подсознательным напряжением, что преследовало меня долгое время. Я любим. Не могу это не чувствовать. Мой ребенок зачат в любви, естественным путем, с желанием. Я переключаю себя с постоянной боязни быть бесплодной, внутренней, уже мною незаметной неудовлетворенности быть бездетной, на маленькое чудо, что поселилось у меня в животе. Смеюсь сквозь слезы, целую Вайрака, Ривса, Моса по двадцать раз, опять смеюсь и вскидываю руки вверх с громким криком облегчения. Мужчины вторят мне своими низкими голосами, подхватывая на руки и танцуя в небольшом пространстве каюты. Разливающееся веселье осязаемо покрывает нас всех, а браслет Вайрака тем временем фиксирует странные данные по экипажу на борту.
Глава тридцатая
Вайрак Нас Ларак главный бортовой врач пятой категории доступа
Комм жужжит в самый радостный и самый долгожданный момент единения нас четырех. Жанна, как центр и сосредоточение нашей силы и любви, кружится в центре маленькой каюты, выплескивая чересчур осязаемые эмоции. Мы буквально купаемся в ее радости, что волнами разливается по небольшому помезению помещению, просачиваясь в каждую щель, проникая в вентиляцию, разливаясь эфиром по полу и впитываясь в саму структуру материи. Наши тела начинают подсвечиваться изнутри, словно мы проглотили множество лампочек, что человеческая раса вешает для украшения помещений в темное время года и по праздникам. Побратимы, мои друзья до конца жизненного пути, пляшут и вторят Жанне, выкрикивающей какие-то древние звуки, идущие прямо из ее чрева. Настолько невероятна, притягательна и волшебна мне кажется эта картина перед глазами, что тело начинает непроизвольно подключаться к общему потоку веселья и само заряжается искрами счастья.
Браслет напоминает о себе уже попискиванием, от которого я пока еще отмахиваюсь. Если что-то срочное, орал бы сиреной, а пока терпит. Хочу насладиться, накупаться, наораться всласть, чтобы как следует отметить это потрясающее событие как для Астары так и лично для моей семьи.
Выжохшаяся Жанна падает на кровать, позволяя затискать себя, давая мне буквально долю секунды, чтобы взглянуть на жужжащее недоразумение, посмевшее нарушить такой праздник. Мои глаза прилипают к графикам, которые сыпятся от всех членов команды со всего нашего корабля. Показатели здоровья, общего тонуса повыгены в несколько раз! У многих, кто жаловался на общую усталость, связанную с разбором завалов и проведением ритуалов погребения невыживших, были проблемы со сном и общее подавленное психическое состояние. Теперь же уровень многих гормонов повышен до предельного, а у некоторых и перешагнул допустимую черту.
За дверью слышится пение! ПЕНИЕ? Астарцы уже много лет не поют. Редко танцуют. Веселье случается редко. Крайне редко и только по особым поводам. А тут разумный просто напевает песню, пока двигается по коридору в сторону своего отсека. Немыслемо!
Жанна, обласканная и занеженная Ривсом и Мосом, тихонечко задремала на плече у последнего. Оба мужа надышаться на нее не могут, перешлядываясь ошалелыми взглядами друг с другом и со мной.
- Надо изучить вопросы ведения беременности у людей, - говорю и сам расплываюсь в идиотско-мечтательной улыбке.
- Составь нам рекомендации, - вторит мне Ривс, прикрывая жену пледом, - думаю, в скором времени они понадобятся не только нашей семье!