— Я провел все необходимые тесты: организм Нура его не отвергает. Все жизненные показатели стабильны. И, как Вы просили, я ввел несколько голосовых директив в его подсознание. Ваши слова занимают приоритетное положение на фоне всех остальных. Его никто не сможет обратить против Вас, учитель. И он готов к бою и ожидает приказаний.
— Превосходно. Ты проделал великую работу во имя человечества, мой ученик.
— Да, но потеря данных… — Высший Эволюционер ссутился и тяжело вздохнул. — Деградация икс-гена означает гибель всего человечества.
— Тебе предстоит еще многое узнать, Герберт. Утрата этих данных безусловно печальна. Но с моими знаниями и твоим талантом мы сможем достичь немыслимого, — Альбей сжал ладонь в кулак. — Это всего лишь шаг назад на пути к нашей цели. Совместными усилиями мы обратим икс-ген на пользу всему человечеству, создав новый вид людей, что при этом не утратят своей человечности. Перед нами откроются совершенно грандиозные перспективы покорения космоса. Человек, что сможет приспособиться и процветать в любых экстремальных условиях, быстро станет венцом творения и завоюет первенство в космосе.
— Да-а-а, учитель. Но что насчет Дум? Не боитесь ли Вы, что она обернется против Вас и Ваших целей? Пускай она разделяет Ваши взгляды, но её амбиции… Это меня пугает.
— Ей осталось пройти одно испытание, — с мрачной решимостью ответил Альбей. — Если она справится с ним, то станет самым ценным человеком в моей команде.
— А если нет?
Золотое свечение охватило Императора. Спустя мгновение, когда все стихло, перед Высшим Эволюционером стояла никто иная, как Виктория фон Дум. Но стоило ей заговорить, как Герберт услышал голос Альбея.
— Это нежелательный результат, — ответил Император. — В конце концов, она успела доказать свою полезность в моих планах. Но, если она не сможет совладать со своими чувствами, придется мне занять её роль, — последние несколько слов бывший Владыка Человечества произнес голосом Виктории. Высший Эволюционер испытал некий дискомфорт от этого.
— Во имя блага человечества, разумеется.
— Во имя человечества, — незамедлительно ответил Высший Эволюционер.
Приняв прежний облик, Альбей скрестил руки за спиной и направился к секретному лифту, о котором знали лишь несколько человек во всем комплексе. Кейн был одним из них. Вендиго умел хранить тайны и понимал необходимость чего-то подобного.
— Я исполнил еще одно Ваше желание, учитель, — продолжил Высший Эволюционер, встав по левое плечо от Альбея. — Я вырастил десять пустых клонов из Вашего ДНК. Если Вас убьют, Вы сможете занять их тела.
— Отличная новость, но ты знаешь, за чем именно мы направляемся.
Оставшийся путь вниз прошел в тишине. Спускаясь на лифте, а затем идя по относительно чистым коридорам, Альбей и Высший Эволюционер не проронили ни слова. Взмахом руки Альбей открыл небольшую дверь, что вела в темное помещение, заставленное широкими капсулами. Внутри каждой из них, находясь в питательном растворе, плавали готовые к бою суперсолдаты. Несколько десятков кустодиев, что внешне были абсолютно похожи на Амона. Но не обычных. Они были гораздо больше «стандартных» и их кожа была зеленого цвета.
— Ваш проект оказался очень успешным, учитель. Кустодии, усиленные гамма-радиацией, обещают быть величайшей силой в Вашем арсенале, — с гордостью произнес Высший Эволюционер, дотронувшись до ближайшей капсулы. — Они полностью готовы. Осталось лишь их снарядить.
— А что ты думаешь об этом, Амон?
Призрачный кустодий возник рядом со своим создателем в вспышке пламени. Теперь он выглядел совершенно иначе. Его тело было покрыто броней, что ранее носила Мандарин. Рога исчезли, а доспехи украшали двуглавые орлы. И, разумеется, пламя. Сила Заратоса буквально окутывала ныне золотую защиту, предавая ей одновременно устрашающий и впечатляющий вид, вместе с десятью кольцами.
Кустодий пристально оглядел своих будущих «братьев». Он подошел к ним ближе. Прислушался к умиротворённому биению сердец.
— Не переживайте, мистер Амон. Психологическое состояние Халк после трансформации обусловлено её детскими травмами, — Высший Эволюционер объяснял это так, словно опытный преподаватель рассказывает абсолютно всем известную истину. — Все остальные гамма-мутанты сохраняют свой рассудок и не теряют интеллектуальных способностей. Это Ваши идеальные клоны, усиленные гамма-радиацией.
— Они будут беспрекословно выполнять мои команды? — уточнил кустодий, обернувшись к Герберту. Но вместо него ответил Император.
— Точно так же, как и ты выполняешь мои команды, Амон.
— Тогда я вижу достойных защитников, мой владыка, — произнес Кустодий, склонив голову.
— Теперь, когда мы уладили все волнующие нас вопросы, пора приступить к главному, — Император обернулся к Высшему Эволюционеру. — Там, откуда я пришел, этих солдат называли Громовыми Воинами. К сожалению, у нас нет времени пройти полную процедуру их создания, но я знаю способы ускорения их производства. Трупы не пригодятся. Их генный материал и сами тела нам ещё понадобятся. Всех обычных пленных — ко мне.
— Как прикажете, мой учитель.
***
— Стефани! Стефани, очнись! Подъем, солдат!
— Что… Что происходит…
Стефани ощущала сильную головную боль, слабость в теле и легкий озноб. С большим трудом она открыла глаза, чтобы увидеть…
Комнату. Самую обычную комнатушку Нью-Йорка периода её молодости, обставленную по-домашнему, с теплотой и заботой. Повертев головой, Роджерс увидела многочисленные семейные фотографии, которые были настолько размыты, что даже она не в силах была разобрать, кто именно на них запечатлён. Но, судя по очертаниям, это семейная пара.
«Где я?», — мозг Стефани отказывался понимать, каким образом она перенеслась из грязных канализационных туннелей на мягкую постель. Какая-то её часть в этот момент захотела все бросить, накрыться одеялом и крепко заснуть.
«Нет, так нельзя», — будучи праведным солдатом до мозга костей, Роджерс собрала волю в кулак и поднялась с мягкой постели… И обнаружила на себе свою старую армейскую форму, которую она носила еще в учебке, до того, как стала Капитаном Америкой. Даже фирменные инициалы были на месте: «Рядовая С. Роджерс».
«Так, а вот это действительно странно. Надо осмотреться»
Еще раз осмотревшись, Стефани обнаружила еще больше предметов домашнего декора. Старый шкаф, заставленный толстыми книгами — судя по чистоте, хозяин любил регулярно перечитывать его содержимое. У прозрачного окна, что выходило на одну из улиц старого Нью-Йорка, стоял позолоченный телескоп. Рядом с ним, на столике, расстелили масштабную карту Земли, на её уголке стоял глобус.
Её внимание скоро привлек каменный камин с зажженным огнем. Такой теплый, такой уютный. Стефани невольно захотела подойти к нему и присесть на одно из кресел, обитых красной кожей.
Подойдя поближе, Роджерс сильно удивилась. В левом кресле сидел абсолютно незнакомый ей джентльмен. Но не это её смутило. Его испачканная толстым слоем грязи офицерская одежда выглядела очень странной в этой обстановке. По сути форма этого рослого крепкого человека сочетала в себе признаки всех главных участников Европейского фронта во время Второй мировой войны. Роджрес увидела советские погоны, немецкие кресты, американскую офицерскую каску, на которой был запечатлён чин капитана…
Но самое главное — взгляд. Золотые глаза человека, на чьем лице виднелись уже проступающие от возраста морщины, были устремлены к пламени, что бушевало в камине. За свою короткую жизнь Стефани успела повидать многое: космических богов, безумных тиранов, кровожадных маньяков и просто потерянных людей, что сбились с пути, — но взгляд этого мужчины… Она просто не в силах была его описать. Единственное, что Роджерс могла сказать — этот человек куда старше, чем кажется. И он видел многое — очень многое.
— Ох, Вы проснулись, — офицер повернулся к Роджерс и на его лице сразу появилась дружелюбная, приветливая улыбка. Капитан Америка увидела его слегка пожелтевшие зубы.
— Прошу вас, Стефани, присоединяйтесь ко мне.
В этот самый момент внутри девушки возникло много вопросов. Кто это такой? Что он хочет? Каковы его мотивы? Но одновременно с этим внутри её появилось непреодолимое желание присесть. Что она и сделала.